Неточные совпадения
— Кити
играет, и у нас есть фортепьяно, нехорошее, правда, но вы нам доставите большое удовольствие, — сказала княгиня
с своею притворною улыбкой, которая особенно неприятна была теперь Кити, потому что она заметила, что Вареньке не хотелось петь. Но Варенька однако пришла вечером и принесла
с собой тетрадь нот. Княгиня пригласила Марью Евгеньевну
с дочерью и полковника.
— Мы ведем жизнь довольно прозаическую, — сказал он, вздохнув, — пьющие утром воду — вялы, как все больные, а пьющие вино повечеру — несносны, как все здоровые. Женские общества есть; только от них небольшое утешение: они
играют в вист, одеваются дурно и ужасно говорят по-французски. Нынешний год из Москвы одна только княгиня Лиговская
с дочерью; но я
с ними незнаком. Моя солдатская шинель — как печать отвержения. Участие, которое она возбуждает, тяжело, как милостыня.
Принял он Чичикова отменно ласково и радушно, ввел его совершенно в доверенность и рассказал
с самоуслажденьем, скольких и скольких стоило ему трудов возвесть именье до нынешнего благосостояния; как трудно было дать понять простому мужику, что есть высшие побуждения, которые доставляют человеку просвещенная роскошь, искусство и художества; сколько нужно было бороться
с невежеством русского мужика, чтобы одеть его в немецкие штаны и заставить почувствовать, хотя сколько-нибудь, высшее достоинство человека; что баб, несмотря на все усилия, он до сих <пор> не мог заставить надеть корсет, тогда как в Германии, где он стоял
с полком в 14-м году,
дочь мельника умела
играть даже на фортепиано, говорила по-французски и делала книксен.
— Я спросила у тебя о Валентине вот почему: он добился у жены развода, у него — роман
с одной девицей, и она уже беременна. От него ли, это — вопрос. Она — тонкая штучка, и вся эта история затеяна
с расчетом на дурака. Она —
дочь помещика, — был такой шумный человек, Радомыслов: охотник, картежник, гуляка; разорился, кончил самоубийством. Остались две
дочери, эдакие, знаешь, «полудевы», по Марселю Прево, или того хуже: «девушки для радостей», — поют,
играют, ну и все прочее.
Такой матери нужна
дочь — кукла, потому что она сама кукла, и все
играет с куклами в куклы.
Мало ли, много ли тому времени прошло: скоро сказка сказывается, не скоро дело делается, — стала привыкать к своему житью-бытью молодая
дочь купецкая, красавица писаная, ничему она уж не дивуется, ничего не пугается, служат ей слуги невидимые, подают, принимают, на колесницах без коней катают, в музыку
играют и все ее повеления исполняют; и возлюбляла она своего господина милостивого, день ото дня, и видела она, что недаром он зовет ее госпожой своей и что любит он ее пуще самого себя; и захотелось ей его голоса послушать, захотелось
с ним разговор повести, не ходя в палату беломраморную, не читая словесов огненных.
В свободное же время они сидели в собрании,
с усердием читали «Инвалид» и спорили о чинопроизводстве,
играли в карты, позволяли охотно младшим офицерам угощать себя, устраивали у себя на домах вечеринки и старались выдавать своих многочисленных
дочерей замуж.
Убеждения свои относительно роли, которую дворянство обязано
играть в государстве, он успел привить и
дочери, и, раз что"занятие"мужичком устранилось, разговоры о необходимости дворянского возрождения сделались единственным материалом,
с помощью которого наполнялся обнаружившийся бесконечный досуг.
Сосновское общество отрезало бессрочному узаконенный участок земли. Но Ваня не захотел оставаться в Сосновке. Вид Оки пробудил в нем желание возвратиться к прежнему, отцовскому промыслу. Землю свою отдал он под пашню соседу, а сам снял внаймы маленькое озеро, на гладкой поверхности которого
с последним половодьем не переставала
играть рыба. Он обстроился и тотчас же перевел к себе в дом дедушку Кондратия, его
дочь и внучка.
Ваня Семилетов нашел нам квартиры дешевые, удобные, а кто хотел — и
с харчами. Сам он жил у отца Белова, которого и взял портным в театр. Некоторые актеры встали на квартиры к местным жителям, любителям драматического искусства. В Тамбов приехали Казаковы и Львов-Дитю. Григорий Иванович был у больной
дочери. Его роли перешли к Львову, и он в день открытия
играл Городничего в «Ревизоре».
С детства Сонечка, старшая
дочь Григория Ивановича,
играла на сцене.
Стало совсем темно, и улица мало-помалу опустела. В доме, что напротив, затихла музыка; отворились настежь ворота, и по нашей улице, балуясь, мягко
играя бубенчиками, покатила тройка. Это инженер
с дочерью поехал кататься. Пора спать!
Учить музыке детей родители старались из всех сил, и старшая
дочь их, m-lle Элиза, девушка лет восемнадцати, необыкновенно миловидная из себя,
с голубыми, как небо, глазами и
с льноподобными, густыми волосами,
играла очень хорошо на фортепьянах.
— А, чорт… Я сдаюсь… Я сегодня не могу совсем
играть… Не до игры… Так вы говорите?.. того… Мне ведь не
с кем посоветоваться… жена умерла… Если бы у меня был сын, тогда того… было бы просто: определил в полк, и кончено. А тут…
дочь… Родных никого… Ну, что толковать! Пойдем пить чай…
На широкой кушетке, подобрав под себя ноги и вертя в руках новую французскую брошюру, расположилась хозяйка; у окна за пяльцами сидели:
с одной стороны
дочь Дарьи Михайловны, а
с другой m-lle Boncourt [м-ль Бонкур (фр.).] — гувернантка, старая и сухая дева лет шестидесяти,
с накладкой черных волос под разноцветным чепцом и хлопчатой бумагой в ушах; в углу, возле двери, поместился Басистов и читал газету, подле него Петя и Ваня
играли в шашки, а прислонясь к печке и заложив руки за спину, стоял господин небольшого роста, взъерошенный и седой,
с смуглым лицом и беглыми черными глазками — некто Африкан Семеныч Пигасов.
Он любил белолицых, черноглазых, красногубых хеттеянок за их яркую, но мгновенную красоту, которая так же рано и прелестно расцветает и так же быстро вянет, как цветок нарцисса; смуглых, высоких, пламенных филистимлянок
с жесткими курчавыми волосами, носивших золотые звенящие запястья на кистях рук, золотые обручи на плечах, а на обеих щиколотках широкие браслеты, соединенные тонкой цепочкой; нежных, маленьких, гибких аммореянок, сложенных без упрека, — их верность и покорность в любви вошли в пословицу; женщин из Ассирии, удлинявших красками свои глаза и вытравливавших синие звезды на лбу и на щеках; образованных, веселых и остроумных
дочерей Сидона, умевших хорошо петь, танцевать, а также
играть на арфах, лютнях и флейтах под аккомпанемент бубна; желтокожих египтянок, неутомимых в любви и безумных в ревности; сладострастных вавилонянок, у которых все тело под одеждой было гладко, как мрамор, потому что они особой пастой истребляли на нем волосы; дев Бактрии, красивших волосы и ногти в огненно-красный цвет и носивших шальвары; молчаливых, застенчивых моавитянок, у которых роскошные груди были прохладны в самые жаркие летние ночи; беспечных и расточительных аммонитянок
с огненными волосами и
с телом такой белизны, что оно светилось во тьме; хрупких голубоглазых женщин
с льняными волосами и нежным запахом кожи, которых привозили
с севера, через Баальбек, и язык которых был непонятен для всех живущих в Палестине.
Я
с удовольствием вспоминаю тогдашнее мое знакомство
с этим добрым и талантливым человеком; он как-то очень полюбил меня, и когда, уезжая из Москвы в августе, я заехал проститься, месяца два перед этим не видавшись
с ним, он очень неприятно был изумлен и очень сожалел о моем отъезде, и сказал мне: «Ну, Сергей Тимофеич, если это уже так решено, то я вам открою секрет: я готовлю московской публике сюрприз, хочу взять себе в бенефис „Эдипа в Афинах“; сам
сыграю Эдипа, сын — Полиника, а
дочь — Антигону.
Когда он был еще ребенком, позволял
Ему я
с дочерью моей
играть...
Поговорив весело о приданом, которое по молодости Наташи не было приготовлено и за которым надобно было ехать или посылать в Москву, об отделе
дочери и устройстве особой деревни, имеющей состоять из двухсот пятидесяти душ, о времени, когда удобнее будет
сыграть свадьбу, Болдухины пришли к тому, как теперь поступить
с Шатовым, которому дано слово не говорить
с дочерью об его намерении до его отъезда.
Тогда круг их становится обширнее; они достигают, наконец, до того, что женятся на купеческой
дочери, умеющей
играть на фортепиано,
с сотнею тысяч, или около того, наличных и кучею брадатой родни.
«Убьют!» — подумал губернатор, складывая письмо. Вспомнился на миг рабочий Егор
с его сизыми завитками и утонул в чем-то бесформенном и огромном, как ночь. Мыслей не было, ни возражений, ни согласия. Он стоял у холодной печки — горела лампа на столе за зеленым матерчатым зонтиком — где-то далеко
играла дочь Зизи на рояле — лаял губернаторшин мопс, которого, очевидно, дразнили — лампа горела. Лампа горела.
От матери проказливая
дочьБерет урок стыдливости покорной
И мнимых мук, и
с робостью притворной
Играет роль в решительную ночь...
Так мы
с ним и поспорили; вижу, что мои замечания ему не очень понутру: нахмурился, ушел и
с полчаса ходил молча по залу. Вечером, однако, приехала одна дама
с дочерьми, он сейчас
с ними познакомился и стал любезничать
с барышнями, сел потом за фортепьяно, очень недурно им
сыграл, спел, словом, опять развеселился. После ужина, впрочем, стал прощаться, чтоб ехать домой. Я останавливаю его ночевать.
— Шел он в Иерусалим
с кивотом Божиим, скакал перед ним и
играл. Мельхола,
дочь Саулова, как язычница, над ним насмехалась, а он ей сказал: «Буду
играть и плясать перед Господом». Теперь он в райских светлицах препрославлен, а она в адских муках томится, во власти Божия врага.
То смущало свахонек, то странным и чудным казалось им, что Доронины, и муж и жена, им сказывали, что воли
с дочерей они не снимают, за кого хотят, за того пускай и выходят, а их родительское дело благословить да свадьбу
сыграть.
Сначала Наташа
играет… Потом танцует. Мило, изящно, грациозно… Генерал
с генеральшей в восторге, гости в восхищении. На прелестную девочку сыпятся похвалы. Ей тонко льстят, как настоящей
дочери богачей Маковецких и богатой наследнице…
Никита Иваныч (
играя шута). «Что, куманек? Под кровлей-то сидеть получше, я думаю, чем под дождем шататься? Право, дяденька, помирился бы ты лучше
с дочерьми. B такую ночь и умнику, и дураку — обоим плохо!»
Главное — Сане,
дочери ненавистной невестки, не достанется ни одного вершка из родовых угодий. Брат охладел к ней давно — и только
играет роль ее отца, не хочет показать, что он носился столько лет
с чужим ребенком.
Они вместе покучивали, и когда я, зайдя раз в коттедж, где жил Фехтер, не застал его дома, то его кухарка-француженка, обрадовавшись тому, что я из Парижа и ей есть
с кем отвести душу, по-французски стала мне
с сокрушением рассказывать, что"Monsieur"совсем бросил"Madame"и"Madame"
с дочерью (уже взрослой девицей) уехали во Францию, a"Monsieur"связался
с актрисой,"толстой, рыжей англичанкой",
с которой он
играл в пьесе"de се Dikkenc", как она произносила имя Диккенса, и что от этого"Dikkenc"пошло все зло, что он совратил"Monsieur", а сам он кутила и даже пьяница, как она бесцеремонно честила его.
И
с таким-то скудным содержанием я в первую же зиму стал бывать в казанских гостиных. Мундир позволял
играть роль молодого человека; на извозчика не из чего было много тратить, а танцевать в чистых замшевых перчатках стоило недорого, потому что они мылись. В лучшие дома тогдашнего чисто дворянского общества меня вводило семейство Г-н, где
с умной девушкой, старшей
дочерью, у меня установился довольно невинный флерт. Были и другие рекомендации из Нижнего.
Мать, то ласково соблазняя, то сердясь и угрожая, объясняла
дочери ту роль, которую предстояло ей
играть в обществе, и резко приказывала ей быть любезною
с богатыми кавалерами и не шептаться
с прогоревшим барином и вдобавок
с авантюристом.
Так
с иронией относился к «невольному путешественнику» непрекрасный пол, но надо сознаться, что в этом отношении
играло роль и ревнивое чувство, пробужденное слишком красноречивыми взглядами их жен, сестер и
дочерей, бросаемыми на «красавчика».
Она не подозревала, повторяем, о любви к ней доктора-спасителя жизни ее
дочери, иначе бы в разговорах
с ним она не старалась
играть роль счастливой жены и не относилась
с нежностью к своему отсутствующему мужу.
— Ты совершенно права, мама, — согласилась
с нею
дочь, — я сама чувствую, что должна быть в другом месте. Зачем мне притворяться перед тобой, я знаю, что я красива и могла бы
играть видную роль в большом свете, но ведь молодость и красота скоро проходят, мне скоро двадцать лет, приданного у меня нет…
Парочка действительно была прелестна и не для одних материнских глаз. Высокий, стройный князь Сергей Сергеевич был головой выше княжны Людмилы, тоже статной и грациозной девушки. Радостная, самодовольная улыбка
играла на губах княгини. Судьба
дочери устраивалась на ее глазах, согласно ее желанию. Тревоги об этой судьбе, уже
с год как змеей вползавшие в ее сердце, исчезли. Молодой князь, видимо, по уши влюбился в ее
дочь, и предложение
с его стороны вопрос очень близкого времени.