Неточные совпадения
Одни требовали расчета или прибавки, другие уходили, забравши задаток; лошади заболевали; сбруя горела как на огне; работы исполнялись небрежно; выписанная из Москвы молотильная машина оказалась негодною по своей тяжести; другую с первого разу испортили; половина скотного двора сгорела, оттого что слепая старуха из дворовых в ветреную погоду пошла с головешкой окуривать свою
корову… правда, по уверению той же старухи, вся беда произошла оттого, что барину вздумалось
заводить какие-то небывалые сыры и молочные скопы.
Четверть часа спустя Федя с фонарем
проводил меня в сарай. Я бросился на душистое сено, собака свернулась у ног моих; Федя пожелал мне доброй ночи, дверь заскрипела и захлопнулась. Я довольно долго не мог заснуть.
Корова подошла к двери, шумно дохнула раза два, собака с достоинством на нее зарычала; свинья прошла мимо, задумчиво хрюкая; лошадь где-то в близости стала жевать сено и фыркать… я, наконец, задремал.
— Четыре года ездила, заработала, крышу на дому перекрыла, двух
коров завела, ребят одела-обула, а на пятый заразил ее какой-то голубок дурной болезнью…
Гнездо окончательно устроилось, сад разросся и был преисполнен всякою сластью,
коровы давали молока не в пример прочим, даже четыре овцы, которых бабушка
завела в угоду внучке, ягнились два раза в год и приносили не по одному, а по два ягненка зараз.
Одним (исключительно, впрочем, семейным и служившим во дворе, а не в горнице) дозволяли держать
корову и пару овец на барском корму,
отводили крошечный огород под овощи и отсыпали на каждую душу известную пропорцию муки и круп.
Шире да шире, четверку лошадей
завел, одна другой лучше,
коров, овец, избу эту самую выстроил…
— Первая причина, Лука Назарыч, что мы не обязаны будем содержать ни сирот, ни престарелых, ни увечных, — почтительнейше докладывал Овсянников. — А побочных сколько было расходов: изба развалилась, лошадь пала,
коровы нет, — все это мы
заводили на заводский счет, чтобы не обессилить народ. А теперь пусть сами живут, как знают…
— А ты точно сам видел, как Тимофей Саввич корову-то
сводил?
— А Христос е знает за что! бают, по прикосновенности, что, мол, видел, как у соседа
корову с двора
сводили…
— А вор, батюшка, говорит: и знать не знаю, ведать не ведаю; это, говорит, он сам коровушку-то
свел да на меня, мол, брешет-ну! Я ему говорю: Тимофей, мол, Саввич, бога, мол, ты не боишься, когда я коровушку
свел? А становой-ет, ваше благородие, заместо того-то, чтобы меня, знашь, слушать, поглядел только на меня да головой словно замотал."Нет, говорит, как посмотрю я на тебя, так точно, что ты корову-то украл!"Вот и сижу с этих пор в остроге. А на что бы я ее украл? Не видал я, что ли, коровы-то!
Там сразу, конечно, вошел в деревенские работы, —
возил навоз, косил траву
коровам.
— Вот, покуда, что в результате получилось, — молвил он, — ну, да ведь мы с Финагеичем не отстанем. Теперь только
коровы и выручают нас. Сами молоко не едим, так Финагеич в неделю раз-другой на сыроварню
возит. Но потом…
Вылетев навстречу человеку или собаке, даже лошади,
корове и всякому животному, — ибо слепой инстинкт не умеет различать, чье приближение опасно и чье безвредно, — болотный кулик бросается прямо на охотника, подлетает вплоть, трясется над его головой, вытянув ноги вперед, как будто упираясь ими в воздух, беспрестанно садится и бежит прочь, все стараясь
отвести в противоположную сторону от гнезда.
— Если у вас будет лошадь или
корова, или другая скотина, вы можете ее
провожать.
Сперва продали все добро из комнат, потом хлеб, скот — и все понемногу; нет денег на вино —
корову сведут, диван продадут.
—
Корову бы нам, Оксюха, — мечтал Яша. — Корму в лесу сколько угодно… Ловко бы?..
Водили бы ее за собой на прииск, как цыгане…
На место Султанова был назначен новый главный врач, суетливый, болтливый и совершенно ничтожный старик. Султановские традиции остались при нем в полной целости. Граф Зарайский продолжал ездить к своей сестре, госпитальное начальство лебезило перед графом. У его сестры был отдельный денщик. Она
завела себе
корову, — был назначен солдат пасти
корову. Солдат заявил сестре...
— Ну, вот представь себе: у тебя, скажем, дома одна
корова; и вдруг свои же, православные, возьмут ее и
сведут! Разве бы не обидно было тебе? То же вот и здесь: может быть, последнюю
корову свели у мужика, он теперь убивается с горя, плачет.
С добрым человеком поговорил, сам его даже
проводил и посоветовал, а одному-другому пьяному ухо надрал, да будошникову жену, которая под
коров колдовать ходила, в кутузку запер, а наутро явился к городничему с докладом, что видит себе в деле одну помеху в будошниках.
А ради сохранения сельского колорита он может
завести трех-четырех
коров и успокоиться на этом.
Остался он на станции. Помогал у начальника на кухне, дрова рубил, двор, платформу мел. Через две недели приехала жена, и поехал Семен на ручной тележке в свою будку. Будка новая, теплая, дров сколько хочешь; огород маленький от прежних сторожей остался, и земли с полдесятины пахотной по бокам полотна было. Обрадовался Семен; стал думать, как свое хозяйство
заведет,
корову, лошадь купит.
Манюся
завела от трех
коров настоящее молочное хозяйство, и у нее в погребе и на погребице было много кувшинов с молоком и горшочков со сметаной, и все это она берегла для масла.
Молочное хозяйство пошло прекрасно: года через три у Голована было уже две
коровы и бык, потом три, четыре, и он нажил столько денег, что выкупил мать, потом каждый год выкупал по сестре, и всех их забирал и
сводил в свою просторную, но прохладную лачугу.
Нил Митрич Милов — зовётся в деревне Мил Милычем за свой тихий нрав. Мужичок маленький, задумчивый, даже и в красной рубахе он серый, как зола, ходит сторонкой, держится вдали от людей, и линючие его глаза смотрят грустно, устало. И жена у него такая же, как он, — молчаливая, скромная; две дочери у них, семи и девяти лет. Перед пасхой у Милова за недоимки
корову свели со двора.
«Трудись, говорит. Мы тоже, говорит, без труда не живем. Когда уже так, то согласнее мы тебе дать
корову и другую с бычком, значит, для разводу. Коси сено, корми скотину, пользовайся молоком и говядиной. Только греха, говорит, у нас этого не
заводи».
Завели бы мы себе кур, уток, голубей, купили бы
корову.
Крестьяне доделывают постройки,
возят навоз, скотина голодает на высохшем пару, ожидая отавы.
Коровы и телята зыкаются с поднятыми крючковато хвостами, бегают от пастухов со стойла. Ребята стерегут лошадей по дорогам и обрезам. Бабы таскают из леса мешки травы, девки и девочки вперегонку друг с другом ползают между кустов по срубленному лесу, собирают ягоды и носят продавать дачникам.