Неточные совпадения
Алексей Александрович вздрогнул при упоминании о жене, но тотчас же на лице его установилась та
мертвая неподвижность, которая выражала совершенную беспомощность в этом
деле.
— Ну, да не о живых
дело; бог с ними. Я спрашиваю
мертвых.
— А мне кажется, что это
дело обделать можно миролюбно. Все зависит от посредника. Письмен… [В рукописи отсутствуют две страницы. В первом издании второго тома «
Мертвых душ» (1855) примечание: «Здесь пропуск, в котором, вероятно, содержался рассказ о том, как Чичиков отправился к помещику Леницыну».]
Вы собирали его, может быть, около года, с заботами, со старанием, хлопотами; ездили, морили пчел, кормили их в погребе целую зиму; а
мертвые души
дело не от мира сего.
Мертвые души, губернаторская дочка и Чичиков сбились и смешались в головах их необыкновенно странно; и потом уже, после первого одурения, они как будто бы стали различать их порознь и отделять одно от другого, стали требовать отчета и сердиться, видя, что
дело никак не хочет объясниться.
— «Нет, говорит, они не
мертвые, это мое, говорит,
дело знать,
мертвые ли они или нет, они не
мертвые, не
мертвые, кричит, не
мертвые».
В самом
деле, что ни говори, не только одни
мертвые души, но еще и беглые, и всего двести с лишком человек!
Они говорили, что все это вздор, что похищенье губернаторской дочки более
дело гусарское, нежели гражданское, что Чичиков не сделает этого, что бабы врут, что баба что мешок: что положат, то несет, что главный предмет, на который нужно обратить внимание, есть
мертвые души, которые, впрочем, черт его знает, что значат, но в них заключено, однако ж, весьма скверное, нехорошее.
Дело ходило по судам и поступило наконец в палату, где было сначала наедине рассуждено в таком смысле: так как неизвестно, кто из крестьян именно участвовал, а всех их много, Дробяжкин же человек
мертвый, стало быть, ему немного в том проку, если бы даже он и выиграл
дело, а мужики были еще живы, стало быть, для них весьма важно решение в их пользу; то вследствие того решено было так: что заседатель Дробяжкин был сам причиною, оказывая несправедливые притеснения мужикам Вшивой-спеси и Задирайлова-тож, а умер-де он, возвращаясь в санях, от апоплексического удара.
Скандалы, соблазны, и все так замешалось и сплелось вместе с историей Чичикова, с
мертвыми душами, что никоим образом нельзя было понять, которое из этих
дел было главнейшая чепуха: оба казались равного достоинства.
Сделавши свое
дело относительно губернаторши, дамы насели было на мужскую партию, пытаясь склонить их на свою сторону и утверждая, что
мертвые души выдумка и употреблена только для того, чтобы отвлечь всякое подозрение и успешнее произвесть похищение. Многие даже из мужчин были совращены и пристали к их партии, несмотря на то что подвергнулись сильным нареканиям от своих же товарищей, обругавших их бабами и юбками — именами, как известно, очень обидными для мужеского пола.
— Но позвольте… Как же трактовать об этом письменно? Ведь это такого рода
дело… Души ведь некоторым образом…
мертвые.
Логики нет никакой в
мертвых душах; как же покупать
мертвые души? где ж дурак такой возьмется? и на какие слепые деньги станет он покупать их? и на какой конец, к какому
делу можно приткнуть эти
мертвые души? и зачем вмешалась сюда губернаторская дочка?
Дело, казалось бы, обделано было кругло, но чиновники, неизвестно почему, стали думать, что, верно, об этих
мертвых душах идет теперь
дело.
— Да, конечно,
мертвые, — сказал Собакевич, как бы одумавшись и припомнив, что они в самом
деле были уже
мертвые, а потом прибавил: — Впрочем, и то сказать: что из этих людей, которые числятся теперь живущими? Что это за люди? Мухи, а не люди.
Что ж за притча, в самом
деле, что за притча эти
мертвые души?
— Ведь этакой! Я нарочно о вашем
деле с вами не заговаривал, хоть меня, разумеется, мучит любопытство.
Дело фантастическое. Отложил было до другого раза, да, право, вы способны и
мертвого раздразнить… Ну, пойдемте, только заранее скажу: я теперь только на минутку домой, чтобы денег захватить; потом запираю квартиру, беру извозчика и на целый вечер на острова. Ну куда же вам за мной?
— Меня вы забудете, — начал он опять, —
мертвый живому не товарищ. Отец вам будет говорить, что вот, мол, какого человека Россия теряет… Это чепуха; но не разуверяйте старика. Чем бы дитя ни тешилось… вы знаете. И мать приласкайте. Ведь таких людей, как они, в вашем большом свете
днем с огнем не сыскать… Я нужен России… Нет, видно, не нужен. Да и кто нужен? Сапожник нужен, портной нужен, мясник… мясо продает… мясник… постойте, я путаюсь… Тут есть лес…
— Ой, не доведет нас до добра это сочинение
мертвых праведников, а тем паче — живых. И ведь делаем-то мы это не по охоте, не по нужде, а — по привычке, право, так! Лучше бы согласиться на том, что все грешны, да и жить всем в одно грешное, земное
дело.
Голова его представляла сложный архив
мертвых дел, лиц, эпох, цифр, религий, ничем не связанных политико-экономических, математических или других истин, задач, положений и т. п.
— Не говори, не говори! — остановила его она. — Я опять, как на той неделе, буду целый
день думать об этом и тосковать. Если в тебе погасла дружба к нему, так из любви к человеку ты должен нести эту заботу. Если ты устанешь, я одна пойду и не выйду без него: он тронется моими просьбами; я чувствую, что я заплачу горько, если увижу его убитого,
мертвого! Может быть, слезы…
Он видел, что заронил в нее сомнения, что эти сомнения — гамлетовские. Он читал их у ней в сердце: «В самом ли
деле я живу так, как нужно? Не жертвую ли я чем-нибудь живым, человеческим, этой
мертвой гордости моего рода и круга, этим приличиям? Ведь надо сознаться, что мне иногда бывает скучно с тетками, с папа и с Catherine… Один только cousin Райский…»
— В Ивана Ивановича — это хуже всего. Он тут ни сном, ни духом не виноват… Помнишь, в
день рождения Марфеньки, — он приезжал, сидел тут молча, ни с кем ни слова не сказал, как
мертвый, и ожил, когда показалась Вера? Гости видели все это. И без того давно не тайна, что он любит Веру; он не мастер таиться. А тут заметили, что он ушел с ней в сад, потом она скрылась к себе, а он уехал… Знаешь ли, зачем он приезжал?
«Она — в Царское и, уж разумеется, к старому князю, а брат ее осматривает мою квартиру! Нет, этого не будет! — проскрежетал я, — а если тут и в самом
деле какая-нибудь
мертвая петля, то я защищу „бедную женщину“!»
Тут
дело состояло в этой самой «
мертвой петле», о которой проговорилась Татьяна Павловна.
— Здравствуйте все. Соня, я непременно хотел принести тебе сегодня этот букет, в
день твоего рождения, а потому и не явился на погребение, чтоб не прийти к
мертвому с букетом; да ты и сама меня не ждала к погребению, я знаю. Старик, верно, не посердится на эти цветы, потому что сам же завещал нам радость, не правда ли? Я думаю, он здесь где-нибудь в комнате.
Выдаются
дни беспощадные, жаркие и у нас, хотя без пальм, без фантастических оттенков неба: природа, непрерывно творческая здесь и подолгу бездействующая у нас, там кладет бездну сил, чтоб вызвать в какие-нибудь три месяца жизнь из
мертвой земли.
Внизу зияют пропасти, уже не с зелеными оврагами и чуть-чуть журчащими ручьями, а продолжение тех же гор, с грудами отторженных серых камней и с мутно-желтыми стремительными потоками или
мертвым и грязным болотом на
дне.
И в воображении его из-за всех впечатлений нынешнего
дня с необыкновенной живостью возникло прекрасное лицо второго
мертвого арестанта с улыбающимся выражением губ, строгим выражением лба и небольшим крепким ухом под бритым синеющим черепом.
— В том-то и
дело, что Альфонса Богданыча нет больше, а есть Пуцилло-Маляхинский, который, как
мертвый гриб, вырос на развалинах вашего богатства.
В кабинете Половодову казалось тесно и душно, но часы показывали едва три часа — самое
мертвое время летнего
дня, когда даже собаки не выбегают на улицу.
Она в бессилии закрыла глаза и вдруг как бы заснула на одну минуту. Колокольчик в самом
деле звенел где-то в отдалении и вдруг перестал звенеть. Митя склонился головою к ней на грудь. Он не заметил, как перестал звенеть колокольчик, но не заметил и того, как вдруг перестали и песни, и на место песен и пьяного гама во всем доме воцарилась как бы внезапно
мертвая тишина. Грушенька открыла глаза.
Проникнуть в самую глубь тайги удается немногим. Она слишком велика. Путнику все время приходится иметь
дело с растительной стихией. Много тайн хранит в себе тайга и ревниво оберегает их от человека. Она кажется угрюмой и молчаливой… Таково первое впечатление. Но кому случалось поближе с ней познакомиться, тот скоро привыкает к ней и тоскует, если долго не видит леса.
Мертвой тайга кажется только снаружи, на самом
деле она полна жизни. Мы с Дерсу шли не торопясь и наблюдали птиц.
В растворенные двери реставрированного атриума, без лар и пенат, видится уже не анархия, не уничтожение власти, государства, а строгий чин, с централизацией, с вмешательством в семейные
дела, с наследством и с лишением его за наказание; все старые римские грехи выглядывают с ними из щелей своими
мертвыми глазами статуи.
И на другой
день находили
мертвым того человека.
В конце заявил, что социальная программа-максимум уже осуществлена и что теперь остается поставить на очередь
дня космическое воскресение
мертвых.
Это совершенно ошеломило Самаревича. Несколько
дней он ходил с остолбенелым взглядом, а в одно утро его застали
мертвым. Оказалось, что он перерезал себе горло. Жандармы показались ему страшнее бритвы…
Теперь это как будто разрешалось: раннее развитие воображения, парившего в
мертвой тишине окружающей жизни, преждевременное и беспорядочное чтение сделали свое
дело: я был влюблен — сразу, мечтательно и глубоко на четырнадцатом году своей жизни.
Жаркий
день ранней осени. От стоячих прудов идет блеск и легкий запах тины…
Мертвый замок, опрокинутый в воде, грезит об умершей старине. Скучно снуют лебеди, прокладывая следы по зеленой ряске, тихо и сонно квакают разомлевшие лягушки.
А вот ты этого не понимаешь, Дидя, что есть свои и что есть
мертвая тяга к общему
делу.
Галлюцинация продолжалась до самого утра, пока в кабинет не вошла горничная. Целый
день потом доктор просидел у себя и все время трепетал: вот-вот войдет Прасковья Ивановна. Теперь ему начинало казаться, что в нем уже два Бубнова: один
мертвый, а другой умирающий, пьяный, гнилой до корня волос. Он забылся, только приняв усиленную дозу хлоралгидрата. Проснувшись ночью, он услышал, как кто-то хриплым шепотом спросил его...
Сколько хлопот с мельницей, а
дело все-таки
мертвое.
В первые
дни она начала было совать свою
мертвую руку к моим губам, от руки пахло желтым казанским мылом и ладаном, я отворачивался, убегал.
Настанет год — России черный год, —
Когда царей корона упадет,
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
Когда детей, когда невинных жен
Низвергнутый не защитит закон;
Когда чума от смрадных
мертвых тел
Начнет бродить среди печальных сел,
Чтобы платком из хижин вызывать;
И станет глад сей бедный край терзать,
И зарево окрасит волны рек: —
В тот
день явится мощный человек,
И ты его узнаешь и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож.
Нет сомнения, что денежное вознаграждение, соблазнительное для голодного человека, помогает
делу и увеличивает число «пойманных, найденных
мертвыми и убитых», но помощь эта, конечно, совсем не окупает того вреда, какой неминуемо должны причинять населению острова дурные инстинкты, пробуждаемые в нем этими трехрублевками.
На другой
день мордвин соседней деревушки нашел его
мертвым за версту от того места, где я стрелял.
Кривушок кончил скорее, чем предполагал. Его нашли
мертвым около кабака. Денег при Кривушке не оказалось, и молва приписала его ограбление Фролке. Вообще все
дело так и осталось темным. Кривушка похоронили, а его жилку взяла за себя компания и поставила здесь шахту Рублиху.
А зато намерзшийся за
день Кожин спал
мертвым сном.
— А может быть, она не умерла? — повторял Груздев, ожидая подтверждения этой мысли. — Ведь бывают глубокие обмороки… Я читал в газете про одну девушку, которая четырнадцать
дней лежала
мертвая и потом очнулась.
Опять распахнулись ворота заимки, и пошевни Таисьи стрелой полетели прямо в лес. Нужно было сделать верст пять околицы, чтобы выехать на мост через р. Березайку и попасть на большую дорогу в Самосадку. Пегашка стояла без
дела недели две и теперь летела стрелой. Могутная была лошадка, точно сколоченная, и не кормя делала верст по сту. Во всякой дороге бывала. Таисья молчала, изредка посматривая на свою спутницу, которая не шевелилась, как
мертвая.