За дверью слышалось быстрое перешептывание, подавленный смех. Дверь несколько раз начинала открываться и опять закрывалась, Наконец открылась. Вышла другая девочка, тоже в розовом платье и белом фартучке. Была она немножко выше первой, стройная; красивый овал лица, румяные щечки,
густые каштановые волосы до плеч, придерживаемые гребешком. Девочка остановилась, медленно оглядела нас гордыми синими глазами. Мы опять расшаркались. Она усмехнулась, не ответила на поклон и вышла.
Неточные совпадения
Глаза темные, точно бархатные, взгляд бездонный. Белизна лица матовая, с мягкими около глаз и на шее тенями.
Волосы темные, с
каштановым отливом,
густой массой лежали на лбу и на висках ослепительной белизны, с тонкими синими венами.
В синем платье, в нарядном белом чепчике с большой трехцветной кокардой сбоку, с выбившимися из-под его белой оборки
густыми волнующими меня прядями темно-каштановых
волос, она смотрит на меня, как живая.
Сзади он очень коротко выстригал весь затылок, а напереди от ушей его темно-каштановые
волосы шли двумя длинными и
густыми косицами.
По ней шла девочка лет семи, чисто одетая, с красным и вспухшим от слёз лицом, которое она то и дело вытирала подолом белой юбки. Шла она медленно, шаркая босыми ногами по дороге, вздымая
густую пыль, и, очевидно, не знала, куда и зачем идёт. У неё были большие чёрные глаза, теперь — обиженные, грустные и влажные, маленькие, тонкие, розовые ушки шаловливо выглядывали из прядей
каштановых волос, растрёпанных и падавших ей на лоб, щёки и плечи.
У Сусанны Ивановны были великолепные
густые и длинные
каштановые волосы и агатовые карие глаза.
Густые, светло-каштановые
волосы слегка волнуются, образуя на всей голове три-четыре волны.
Еще несколько минут ожидания, и я увидел Надежду Львовну. Что прежде всего мне бросилось в глаза, так это то, что она, действительно, была некрасива: мала ростом, тоща, сутуловата.
Волосы ее,
густые,
каштановые, были роскошны, лицо, чистое и интеллигентное, дышало молодостью, глаза глядели умно и ясно, но вся прелесть головы пропадала благодаря большим, жирным губам и слишком острому лицевому углу.
Каштановые с сединою
волосы, причесанные назад, открывали таким образом возвышенное чело, на котором сидела заботливая дума; из-под
густого подбородка едва выказывался тончайшего батиста галстух, искусно сложенный; пышные манжеты выглядывали из рукава мундира, покрывая кисть руки почти до половины пальцев.
Небольшой, тонкий, насмешливый и несколько надменный рот оттенялся выхоленными шелковистыми, изящно подстриженными
густыми усами; коротко остриженные, тонкие
волосы, уже слегка поредевшие на лбу и в особенности на затылке, еще вполне сохраняли, как и усы, свой прекрасный
каштановый цвет.
Она была далеко не красавица, но ее симпатичное, свежестью молодости и здоровья блиставшее личико, окруженное
густыми темно-каштановыми
волосами, невольно останавливало на себе внимание своим чарующим выражением доброты и непорочности, и лишь маленькая складочка на лбу над немного вздернутым носиком, появлявшаяся в редкие минуты раздражения, указывала на сильный характер, на твердость духа в этом хрупком, миниатюрном тельце.
Говорившая была высокого роста полная женщина на вид далеко не старая, несмотря на то, что такой эпитет давала ей ее юная воспитанница. Одета она была небогато, но очень чисто — вся в черном, в черной же старушечьей шляпе на голове, с гладко причесанными
густыми темно-каштановыми с проседью
волосами. По типу лица и акценту она казалась нерусской.
Шапка
густых каштановых волнистых
волос не закрывала открытый высокий, как бы выточенный из слоновой кости лоб.
Темно-каштановые
волосы густым бандо падали на ее спину из-под легкой черной кружевной шляпы с веткой темной сирени. Темно-лиловое платье красиво облегало ее стан, говоря, впрочем, более об искусстве корсетницы и портнихи, нежели о дарах природы.