Неточные совпадения
Скажи: которая Татьяна?» —
«Да та, которая грустна
И молчалива, как Светлана,
Вошла и села у окна». —
«Неужто ты влюблен в меньшую?» —
«А что?» — «Я
выбрал бы другую,
Когда б я был, как ты, поэт.
В чертах у Ольги жизни нет,
Точь-в-точь в Вандиковой Мадонне:
Кругла, красна лицом она,
Как эта глупая луна
На этом глупом небосклоне».
Владимир сухо отвечал
И после во весь путь молчал.
Чичиков не смутился,
выбрал другое время, уже перед ужином, и, разговаривая о том и о сем, сказал вдруг...
Толковал и говорил и с приказчиком, и с мужиком, и мельником — и что, и как, и каковых урожаев можно ожидать, и на какой лад идет у них запашка, и по сколько хлеба продается, и что
выбирают весной и осенью за умол муки, и как зовут каждого мужика, и кто с кем в родстве, и где купил корову, и чем кормит свинью — словом, все.
Но так как все же он был человек военный, стало быть, не знал всех тонкостей гражданских проделок, то чрез несколько времени, посредством правдивой наружности и уменья подделаться ко всему, втерлись к нему в милость другие чиновники, и генерал скоро очутился в руках еще больших мошенников, которых он вовсе не почитал такими; даже был доволен, что
выбрал наконец людей как следует, и хвастался не в шутку тонким уменьем различать способности.
Не хлыснет прямо по спине, а так и
выбирает место, где поживее: по ушам зацепит или под брюхо захлыснет».
Дурака приказчика он выгнал, наместо его
выбрал другого, бойкого.
— Помилуйте, что за просьба! Вы — полный господин,
выбирайте какой хотите экипаж: всё в вашем распоряжении.
Так из просвещенья-то мы все-таки
выберем то, что погаже; наружность его схватим, а его самого <не> возьмем.
И
выбрать вместо этого что же? — переписыванье бумаг, что может несравненно лучше производить ничему не учившийся кантонист!» И еще раз дал себе названье дурака Андрей Иванович Тентетников.
Чичиков не смутился. В третий раз
выбрал он время, уже после ужина, и сказал так...
Мазурка началась. Грушницкий
выбирал одну только княжну, другие кавалеры поминутно ее
выбирали; это явно был заговор против меня; тем лучше: ей хочется говорить со мною, ей мешают, — ей захочется вдвое более.
Я утаил свое открытие; я не хочу вынуждать у него признаний, я хочу, чтобы он сам
выбрал меня в свои поверенные, — и тут-то я буду наслаждаться…
Разумихин
выбрал город на железной дороге и в близком расстоянии от Петербурга, чтоб иметь возможность регулярно следить за всеми обстоятельствами процесса и в то же время как можно чаще видеться с Авдотьей Романовной.
Поймите, что если вы не помиритесь, то я должна же
выбирать между вами: или вы, или он.
Тут вспомнил кстати и о — кове мосте, и о Малой Неве, и ему опять как бы стало холодно, как давеча, когда он стоял над водой. «Никогда в жизнь мою не любил я воды, даже в пейзажах, — подумал он вновь и вдруг опять усмехнулся на одну странную мысль: ведь вот, кажется, теперь бы должно быть все равно насчет этой эстетики и комфорта, а тут-то именно и разборчив стал, точно зверь, который непременно место себе
выбирает… в подобном же случае.
Раскольников оборотился к стене, где на грязных желтых обоях с белыми цветочками
выбрал один неуклюжий белый цветок, с какими-то коричневыми черточками, и стал рассматривать: сколько в нем листиков, какие на листиках зазубринки и сколько черточек? Он чувствовал, что у него онемели руки и ноги, точно отнялись, но и не попробовал шевельнуться и упорно глядел на цветок.
Потому, в-третьих, что возможную справедливость положил наблюдать в исполнении, вес и меру, и арифметику: из всех вшей
выбрал самую наибесполезнейшую и, убив ее, положил взять у ней ровно столько, сколько мне надо для первого шага, и ни больше ни меньше (а остальное, стало быть, так и пошло бы на монастырь, по духовному завещанию — ха-ха!)…
«Самая лучшая минута, нельзя лучше и
выбрать!»
— О будущем муже вашей дочери я и не могу быть другого мнения, — твердо и с жаром отвечал Разумихин, — и не из одной пошлой вежливости это говорю, а потому… потому… ну хоть по тому одному, что Авдотья Романовна сама, добровольно, удостоила
выбрать этого человека.
— Верую, — твердо отвечал Раскольников; говоря это и в продолжение всей длинной тирады своей он смотрел в землю,
выбрав себе точку на ковре.
— Одним словом, я выхожу за Петра Петровича, — продолжала Дунечка, — потому что из двух зол
выбираю меньшее. Я намерена честно исполнить все, чего он от меня ожидает, я, стало быть, его не обманываю… Зачем ты так сейчас улыбнулся?
Перебиваете вы всё меня, а мы… видите ли, мы здесь остановились, Родион Романыч, чтобы
выбрать что петь, — такое, чтоб и Коле можно было протанцевать… потому все это у нас, можете представить, без приготовления; надо сговориться, так чтобы все совершенно прорепетировать, а потом мы отправимся на Невский, где гораздо больше людей высшего общества и нас тотчас заметят: Леня знает «Хуторок»…
— Знаю и скажу… Тебе, одной тебе! Я тебя
выбрал. Я не прощения приду просить к тебе, а просто скажу. Я тебя давно
выбрал, чтоб это сказать тебе, еще тогда, когда отец про тебя говорил и когда Лизавета была жива, я это подумал. Прощай. Руки не давай. Завтра!
И хоть бы выбрали-то хорошо, а то ведь, я знаю, — ни ей, ни себе, только добрых людей насмешите».
А сама-то весь-то день сегодня моет, чистит, чинит, корыто сама, с своею слабенькою-то силой, в комнату втащила, запыхалась, так и упала на постель; а то мы в ряды еще с ней утром ходили, башмачки Полечке и Лене купить, потому у них все развалились, только у нас денег-то и недостало по расчету, очень много недостало, а она такие миленькие ботиночки
выбрала, потому у ней вкус есть, вы не знаете…
Выйду сейчас, пойду прямо на Петровский: там где-нибудь
выберу большой куст, весь облитый дождем, так что чуть-чуть плечом задеть, и миллионы брызг обдадут всю голову…» Он отошел от окна, запер его, зажег свечу, натянул на себя жилетку, пальто, надел шляпу и вышел со свечой в коридор, чтоб отыскать где-нибудь спавшего в каморке между всяким хламом и свечными огарками оборванца, расплатиться с ним за нумер и выйти из гостиницы.
Выбрав все, даже выворотив карманы, чтоб удостовериться, не остается ли еще чего, он всю эту кучу перенес в угол.
Друг. Нельзя ли для прогулок
Подальше
выбрать закоулок?
А ты, сударыня, чуть из постели прыг,
С мужчиной! с молодым! — Занятье для девицы!
Всю ночь читает небылицы,
И вот плоды от этих книг!
А всё Кузнецкий мост, и вечные французы,
Оттуда моды к нам, и авторы, и музы:
Губители карманов и сердец!
Когда избавит нас творец
От шляпок их! чепцов! и шпилек! и булавок!
И книжных и бисквитных лавок...
— Иди, тебя
выбрали в кошевые!..
Он уже хлопотал и отдавал приказы,
выбирал коней и сбрую для молодых сыновей, наведывался и в конюшни и в амбары, отобрал слуг, которые должны были завтра с ними ехать.
Выбрали бы его в кошевые, да был совсем чудной козак.
Остап, сняв шапку, всех поблагодарил козаков-товарищей за честь, не стал отговариваться ни молодостью, ни молодым разумом, зная, что время военное и не до того теперь, а тут же повел их прямо на кучу и уж показал им всем, что недаром
выбрали его в атаманы.
Между тем как она со слезами готовила все, что нужно к завтраку, Бульба раздавал свои приказания, возился на конюшне и сам
выбирал для детей своих лучшие убранства.
Конные ехали, не отягчая и не горяча коней, пешие шли трезво за возами, и весь табор подвигался только по ночам, отдыхая днем и
выбирая для того пустыри, незаселенные места и леса, которых было тогда еще вдоволь.
Так распоряжал кошевой, и все поклонились ему в пояс и, не надевая шапок, отправились по своим возам и таборам и, когда уже совсем далеко отошли, тогда только надели шапки. Все начали снаряжаться: пробовали сабли и палаши, насыпали порох из мешков в пороховницы, откатывали и становили возы и
выбирали коней.
Кошевой по долгу пойдет с одной половиною за татарами, а другая половина
выберет себе наказного атамана.
— Так, стало быть, следует, чтобы пропадала даром козацкая сила, чтобы человек сгинул, как собака, без доброго дела, чтобы ни отчизне, ни всему христианству не было от него никакой пользы? Так на что же мы живем, на какого черта мы живем? растолкуй ты мне это. Ты человек умный, тебя недаром
выбрали в кошевые, растолкуй ты мне, на что мы живем?
— Кукубенка
выбрать! — кричала часть.
Как услышали уманцы, что куренного их атамана Бородатого нет уже в живых, бросили поле битвы и прибежали прибрать его тело; и тут же стали совещаться, кого
выбрать в куренные. Наконец сказали...
Всю ночь потом черпаками и шапками
выбирали они воду, латая пробитые места; из козацких штанов нарезали парусов, понеслись и убежали от быстрейшего турецкого корабля.
Там гурьбою улегалась целая куча; там
выбирал иной, как бы получше ему улечься, и лег прямо на деревянную колоду.
— Кого же
выберете теперь в кошевые? — сказали старшины.
Волк, близко обходя пастуший двор
И видя, сквозь забор,
Что́,
выбрав лучшего себе барана в стаде,
Спокойно Пастухи барашка потрошат,
А псы смирнёхонько лежат,
Сам молвил про себя, прочь уходя в досаде:
«Какой бы шум вы все здесь подняли, друзья,
Когда бы это сделал я...
И кумушка тем службу повершила,
Что,
выбрав ночку потемней,
У куманька всех кур передушила.
Подмял Крестьянина, ворочает, ломает,
И, где б его почать, лишь место
выбирает:
Конец приходит старику.
Когда-то, о весне, зверями
В надсмотрщики Медведь был выбран
над ульями,
Хоть можно б
выбрать тут другого поверней
Затем, что к мёду Мишка падок,
Так не было б оглядок...
Когда еще он однажды по обыкновению стал пенять на барина, что тот бранит его понапрасну за тараканов, что «не он выдумал их», Анисья молча
выбрала с полки куски и завалявшиеся с незапамятных времен крошки черного хлеба, вымела и вымыла шкафы, посуду — и тараканы почти совсем исчезли.
Русский человек
выберет что-нибудь одно, да и то еще не спеша, потихоньку да полегоньку, кое-как, а то на-ко, поди!
— Ты мети,
выбирай сор из углов — и не будет ничего, — учил Обломов.
Он беспрестанно в движении: понадобится обществу послать в Бельгию или Англию агента — посылают его; нужно написать какой-нибудь проект или приспособить новую идею к делу —
выбирают его. Между тем он ездит и в свет и читает: когда он успевает — Бог весть.