Неточные совпадения
Однако с этой стороны все было, покамест, благополучно, и, посмотрев на свой благородный, белый и немного ожиревший в последнее
время облик, Петр Петрович даже на мгновение утешился, в полнейшем убеждении сыскать себе невесту где-нибудь в другом месте, да, пожалуй, еще и почище; но тотчас же опомнился и энергически плюнул в сторону, чем
вызвал молчаливую, но саркастическую улыбку в молодом своем друге и сожителе Андрее Семеновиче Лебезятникове.
Теперь, когда он держал в руках его письмо, он невольно представлял себе тот
вызов, который, вероятно, нынче же или завтра он найдет у себя, и самую дуэль, во
время которой он с тем самым холодным и гордым выражением, которое и теперь было на его лице, выстрелив в воздух, будет стоять под выстрелом оскорбленного мужа.
Присутствие этого ребенка всегда и неизменно
вызывало во Вронском то странное чувство беспричинного омерзения, которое он испытывал последнее
время.
Эта уверенность,
вызывая в нем чувство гордости, в то же
время и все более ощутимо тревожила: нужно иметь это «главное», а оно все еще не слагалось из его пестрого опыта.
За окном ветер встряхивал деревья, шелест их
вызывал представление о полете бесчисленной стаи птиц, о шорохе юбок во
время танцев на гимназических вечерах, которые устраивал Ржига.
— Елизаветинских
времен штучка, — сказал Тагильский. — Отлично, крепко у нас тюрьмы строили. Мы пойдем в камеру подследственного, не
вызывая его в контору. Так — интимнее будет, — поспешно ворчал он.
Это была такая ничтожная подробность в громадной серии многотрудных его подвигов по сей части, что не
вызвала в нем даже потребности в стратегических соображениях, могущих обеспечить его походы на будущее
время…
Дмитрий Федорович, никогда у старца не бывавший и даже не видавший его, конечно, подумал, что старцем его хотят как бы испугать; но так как он и сам укорял себя втайне за многие особенно резкие выходки в споре с отцом за последнее
время, то и принял
вызов.
В то
время как он подходил к этой комнате, присяжные уж выходили из нее, чтобы итти в залу заседания. Купец был так же весел и так же закусил и выпил, как и вчера, и, как старого друга, встретил Нехлюдова. И Петр Герасимович не
вызывал нынче в Нехлюдове никакого неприятного чувства своей фамильярностью и хохотом.
— Беспременно скажи про нас, — говорила ей старуха Меньшова, в то
время как Маслова оправляла косынку перед зepкалом с облезшей наполовину ртутью, — не мы зажгли, а он сам, злодей, и работник видел; он души не убьет. Ты скажи ему, чтобы он Митрия
вызвал. Митрий всё ему выложит, как на ладонке; а то что ж это, заперли в зàмок, а мы и духом не слыхали, а он, злодей, царствует с чужой женой, в кабаке сидит.
Ему отчего-то было тяжело. Он уже не слушал ее раздражительных и кокетливых
вызовов, которым в другое
время готов был верить. В нем в эту минуту умолкла собственная страсть. Он болел духом за нее, вслушиваясь в ее лихорадочный лепет, стараясь вглядеться в нервную живость движений и угадать, что значило это волнение.
Естественно, что наше появление
вызвало среди китайцев тревогу. Хозяин фанзы волновался больше всех. Он тайком послал куда-то рабочих. Спустя некоторое
время в фанзу пришел еще один китаец. На вид ему было 35 лет. Он был среднего роста, коренастого сложения и с типично выраженными монгольскими чертами лица. Наш новый знакомый был одет заметно лучше других. Держал он себя очень развязно и имел голос крикливый. Он обратился к нам на русском языке и стал расспрашивать, кто мы такие и куда идем.
Бог, силою Своею
вызывая мир к бытию, присутствует и во
времени, ибо в нем протекает процесс теофанический, который есть в то же
время и теогонический.
Теперь, когда я окончательно сжился с «дурным обществом», грустная улыбка Маруси стала мне почти так же дорога, как улыбка сестры; но тут никто не ставил мне вечно на вид мою испорченность, тут не было ворчливой няньки, тут я был нужен, — я чувствовал, что каждый раз мое появление
вызывает румянец оживления на щеках девочки. Валек обнимал меня, как брата, и даже Тыбурций по
временам смотрел на нас троих какими-то странными глазами, в которых что-то мерцало, точно слеза.
Каждый раз, придя к своим друзьям, я замечал, что Маруся все больше хиреет. Теперь она совсем уже не выходила на воздух, и серый камень — темное, молчаливое чудовище подземелья — продолжал без перерывов свою ужасную работу, высасывая жизнь из маленького тельца. Девочка теперь большую часть
времени проводила в постели, и мы с Валеком истощали все усилия, чтобы развлечь ее и позабавить, чтобы
вызвать тихие переливы ее слабого смеха.
Одно
время я делал усилия признать какие-то священные традиции, но мне это никогда не удавалось и
вызывало отвращение.
Но русская литература начала XX века при перечитывании
вызывает во мне разочарование, в ней мало вечно пребывающего, она слишком связана с
временем, с годами.
Однажды вечером, когда я уже выздоравливал и лежал развязанный, — только пальцы были забинтованы в рукавички, чтоб я не мог царапать лица, — бабушка почему-то запоздала прийти в обычное
время, это
вызвало у меня тревогу, и вдруг я увидал ее: она лежала за дверью на пыльном помосте чердака, вниз лицом, раскинув руки, шея у нее была наполовину перерезана, как у дяди Петра, из угла, из пыльного сумрака к ней подвигалась большая кошка, жадно вытаращив зеленые глаза.
Прошло много пустого
времени, и меня снова переселили к матери в подвальный этаж каменного дома, мать тотчас же сунула меня в школу; с первого же дня школа
вызвала во мне отвращение.
В час отдыха, во
время вечернего чая, когда он, дядья и работники приходили в кухню из мастерской, усталые, с руками, окрашенными сандалом, обожженными купоросом, с повязанными тесемкой волосами, все похожие на темные иконы в углу кухни, — в этот опасный час дед садился против меня и,
вызывая зависть других внуков, разговаривал со мною чаще, чем с ними.
Бахарев воспользовался случаем выслать Привалова из кабинета, чтобы скрыть овладевшее им волнение; об отдыхе, конечно, не могло быть и речи, и он безмолвно лежал все
время с открытыми глазами. Появление Привалова обрадовало честного старика и вместе с тем
вызвало всю желчь, какая давно накопилась у него на сердце.
Наказание розгами от слишком частого употребления в высшей степени опошлилось на Сахалине, так что уже не
вызывает во многих ни отвращения, ни страха, и говорят, что между арестантами уже немало таких, которые во
время экзекуции не чувствуют даже боли.
В течение целого дня происходил допрос свидетелей, которых
вызывали без конца. С Полуяновым сделался какой-то новый переворот, когда он увидел лицом к лицу своих обвинителей. Он побледнел, подтянулся и на
время сделался прежним Полуяновым. К нему вернулось недавнее чувство действительности.
За чаем Николай Александрыч успел-таки
вызвать его на разговор. Сначала Денисов рассказал о дорожных приключеньях, как в сильной душевной тоске приходилось ему проводить
время среди неведущих тайных истин, как суетными разговорами они возмущали слух его.
По профессии он был цирульник. Года два назад, по выходе из ученья, его отпустили по оброку; но так как он, в течение всего
времени, не заплатил ни копейки, то его
вызвали в деревню. И вот однажды утром матушке доложили, что в девичьей дожидается Иван-цирульник.
Мягкость характера моего отца не могла
вызывать никаких крепостнических эксцессов. И тогда, в николаевское
время, и позднее, до 1861 года, я не помню у отца случаев отдачи в солдаты в виде наказания или в арестантские роты, не помню и никаких экзекуций на конюшне.
А его любовь создавать новые словечки
вызывала плоские насмешки, на которые, особенно в первое
время его деятельности, была щедра наша газетная критика, умышленно забывавшая о положительных достоинствах его произведений.
В другое
время такая масса денег, быть может, поразила бы Егорушку и
вызвала его на размышления о том, сколько на эту кучу можно купить бубликов, бабок, маковников; теперь же он глядел на нее безучастно и чувствовал только противный запах гнилых яблок и керосина, шедший от кучи.
Пришло
время демонстрировать мою больную. Ее внесли на носилках в аудиторию. Меня
вызвали к ней. Я прочел анамнез больной и изложил, что́ нашел у ней при исследовании.
Как ни берегись, а может быть, через год в это
время я уже буду лежать, пораженный pemphigo foliaceo; вся кожа при этой болезни покрывается вялыми пузырями; пузыри лопаются и обнажают подкожный слой, который больше не зарастает; и человек, лишенный кожи, не знает, как сесть, как лечь, потому что самое легкое прикосновение к телу
вызывает жгучие боли.
О, эта плата! Как много
времени должно было пройти, чтоб хоть сколько-нибудь свыкнуться с нею! Каждый твой шаг отмечается рублем, звон этого рубля непрерывно стоит между тобой и страдающим человеком. Сколько осложнений он
вызывает в отношениях, как часто мешает делу и связывает руки!
Впоследствии мнение Кохера о связи указанных симптомов с удалением щитовидной железы
вызвало возражения, но тем не менее в настоящее
время ни один хирург уж не решится произвести полного вылущения щитовидной железы, если ее заболевание непосредственно не грозит больному неминуемою смертью.
Результаты этой операции оказались очень хорошими: больные выписывались здоровыми, лишение щитовидной железы (назначение которой в то
время было совершенно неизвестно), по-видимому, не
вызывало никаких вредных последствий.
Я некоторое
время молча прислушивался, и внезапная мысль, что передо мною сумасшедшая женщина,
вызвала у меня ощущение брезгливого страха.
Но чем ближе подходило
время моего отъезда, тем больший ужас одиночества и большая тоска овладевали мною. Решение жениться с каждым днем крепло в моей душе, и под конец я уже перестал видеть в нем дерзкий
вызов обществу. «Женятся же хорошие и ученые люди на швейках, на горничных, — утешал я себя, — и живут прекрасно и до конца дней своих благословляют судьбу, толкнувшую их на это решение. Не буду же я несчастнее других, в самом деле?»
Первое
время после этого Кранц приходил в первый класс, желтый от злости, и старался не смотреть на Колубовского, не заговаривал с ним и не спрашивал уроков. Однако выдержал недолго: шутовская мания брала свое, и, не смея возобновить представление в полном виде, Кранц все-таки водил носом по воздуху, гримасничал и,
вызвав Колубовского, показывал ему из-за кафедры пробку.
Даже в то глухое и смирное
время этот циркуляр выжившего из ума старика Делянова, слишком наивно подслуживавшегося кому-то и поставившего точки над i,
вызвал общее возмущение: не все директора даже исполнили требование о статистике, а публика просто накидывалась на людей в синих мундирах «народного просвещения», выражая даже на улицах чувство общего негодования…
Первое
время настроение польского общества было приподнятое и бодрое. Говорили о победах, о каком-то Ружицком, который становится во главе волынских отрядов, о том, что Наполеон пришлет помощь. В пансионе ученики поляки делились этими новостями, которые приносила Марыня, единственная дочь Рыхлинских. Ее большие, как у Стасика, глаза сверкали радостным одушевлением. Я тоже верил во все эти успехи поляков, но чувство, которое они во мне
вызывали, было очень сложно.
— Кабы умер — так и слава бы Богу! — бросила она мне с лестницы и ушла. Это она сказала так про князя Сергея Петровича, а тот в то
время лежал в горячке и беспамятстве. «Вечная история! Какая вечная история?» — с
вызовом подумал я, и вот мне вдруг захотелось непременно рассказать им хоть часть вчерашних моих впечатлений от его ночной исповеди, да и самую исповедь. «Они что-то о нем теперь думают дурное — так пусть же узнают все!» — пролетело в моей голове.
И вот я должен сообщить вам — я именно и к князю приехал, чтоб ему сообщить об одном чрезвычайном обстоятельстве: три часа назад, то есть это ровно в то
время, когда они составляли с адвокатом этот акт, явился ко мне уполномоченный Андрея Петровича и передал мне от него
вызов… формальный
вызов из-за истории в Эмсе…
Учитель продолжал громко
вызывать учеников по списку, одного за другим; это была в то же
время перекличка: оказалось, что половины учеников не было в классе.
Схвативши его за ворот, он
вызвал своим криком двух других товарищей, которым поручил держать его, а сам полез только на одну минуту за сапог, чтобы вытащить оттуда тавлинку с табаком, освежить на
время шесть раз на веку примороженный нос свой; но табак, верно, был такого рода, которого не мог вынести даже и мертвец.
— Садитесь! — приказал он как будто угрожающим голосом и стал перебирать списки. Потом откашлялся и продолжал: — Вот тут перед вами лежат двести десять вакансий на двести юнкеров. Буду
вызывать вас поочередно, по мере оказанных вами успехов в продолжение двухлетнего обучения в училище. Рекомендую избранную часть называть громко и разборчиво, без всяких замедлений и переспросов.
Времени у вас было вполне достаточно для обдумывания. Итак, номер первый: фельдфебель первой роты, юнкер Куманин!
Прошло около месяца. Гиршфельд только что вернулся из Москвы, куда ездил для окончания последних дел и решил наконец приступить к «шестовскому» делу.
Время казалось ему самым удобным. Князь Владимир в блаженстве, около своей ненаглядной Агнессочки, и, считая Николая Леопольдовича главным устроителем этого блаженства, слепо верил в его дружбу. Ни малейшее сомнение в уме, практичности и честности его поверенного не могло закрасться в его душу. Гиршфельд
вызвал его к себе «по делу».
Так случилось и после этого самоубийства. Первым начал Осадчий. Как раз подошло несколько дней праздников подряд, и он в течение их вел в собрании отчаянную игру и страшно много пил. Странно: огромная воля этого большого, сильного и хищного, как зверь, человека увлекла за собой весь полк в какую-то вертящуюся книзу воронку, и во все
время этого стихийного, припадочного кутежа Осадчий с цинизмом, с наглым
вызовом, точно ища отпора и возражения, поносил скверными словами имя самоубийцы.
Вечность же во
времени не только притягивает, но и
вызывает ужас и тоску.
Самая высокая цель, проецированная во
времени, в будущее, порабощает нас, трансцендентна нам и
вызывает озабоченность.
Совершенство, перенесенное во
времени, и
вызывает томительное ощущение скуки.
Не низменный страх, но глубокая тоска и ужас, который
вызывает в нас смерть, есть показатель того, что мы принадлежим не только поверхности, но и глубине, не только обыденности жизни во
времени, но и вечности.
И вот задача этики творчества заключается в том, чтобы перспективу жизни сделать независимой от рокового хода
времени, от будущего, которое
вызывает в нас ужас и мучит нас.