Ж-кий, не глядя ни на кого, с бледным лицом и с дрожавшими бледными губами, прошел между собравшихся на дворе каторжных, уже узнавших, что наказывают дворянина,
вошел в казарму, прямо к своему месту, и, ни слова не говоря, стал на колени и начал молиться богу».
Неточные совпадения
Часов
в 7, только что солнце начинало прятаться за Николаевской
казармой, фельдфебель
вошел к нему и объявил, что люди готовы и дожидаются.
В восемь часов утра Вольский
вошел, как всегда,
в казарму, где рота уже выстроилась с ружьями перед выходом на ученье.
Понемногу все отваливались и уходили наверх по широкой лестнице
в казарму. Я все еще не мог расстаться с кашей. Со мной рядом сидел — только ничего не ел — огромный старик, который сразу, как только я
вошел, поразил меня своей фигурой. Почти саженного роста, с густыми волосами
в скобку, с длинной бородой, вдоль которой двумя ручьями пробегали во всю ее длину серебряные усы.
От Преображенских
казарм, расположенных на окраине тогдашнего Петербурга, до Зимнего дворца было очень далеко. Пришлось идти по Невскому проспекту, безмолвному и пустынному. По обеим сторонам его высились уже
в то время обширные дома,
в которых жили сановники. Проходя мимо этих домов, солдаты
входили в них и арестовывали тех, которых им было велено отвезти во дворец Елизаветы Петровны. Таким образом, они арестовали графа Остермана, графа Головнина, графа Левенвольда, барона Менгдена и многих других.
Чаще всего ее видели
в домике у
казарм, где она крестила детей у рядовых и ублажала родителей крестников,
входя даже
в долги.
Вот
входит в нашу
казарму один мой знакомый из особого отделения, бесконечно добродушный и веселый парень, неглупый, безобидно-насмешливый и необыкновенно простоватый с виду.
«Так вот друг, которого мне посылает судьба!» — подумал я, и каждый раз, когда потом,
в это первое тяжелое и угрюмое время, я возвращался с работы, то прежде всего, не
входя еще никуда, я спешил за
казармы, со скачущим передо мной и визжащим от радости Шариком, обхватывал его голову и целовал, целовал ее, и какое-то сладкое, а вместе с тем и мучительно горькое чувство щемило мне сердце.
Входя в каждую
казарму, он молился на образа и потом низко,
в пояс, откланивался товарищам, прося не поминать его лихом.
Сама цесаревна превратилась из шаловливой красавицы, какой она была
в ранней молодости,
в грустную, но ласковую женщину, величественного вида. Она жила с чарующею простотой и доступностью, каталась по городу, то верхом, то
в открытых санях, и посещала святыни. Все
в ней возбуждало умиление народа: даже гостиннодворцы не брали с нее денег за товары. Но чаще всего видели ее
в домике у
казарм, где она крестила детей у рядовых и ублажала родителей крестников,
входя даже
в долги. Гвардейцы звали ее «матушкой».
В соседней с заводом церкви ударили к заутрене.
В казарму, где спали рабочие,
вошел ночной сторож, ходивший
в продолжение ночи по двору, и сильно застучал
в деревянную колотушку.
Умаявшись непогодью и переходом, Катерина Львовна с разбитою душой тревожно спала ночью на нарах
в очередном этапном доме и не слыхала, как
в женскую
казарму вошли два человека.
Подъехав к крыльцу большого дома у конно-гвардейских
казарм,
в котором жил Анатоль, он поднялся на освещенное крыльцо, на лестницу, и
вошел в отворенную дверь.
В передней никого не было; валялись пустые бутылки, плащи, калоши; пахло вином, слышался дальний говор и крик.