Неточные совпадения
— Да сюда посвети, Федор, сюда фонарь, — говорил Левин, оглядывая телку. — В мать! Даром что мастью в
отца. Очень хороша. Длинна и пашиста. Василий Федорович, ведь хороша? — обращался он к приказчику, совершенно примиряясь с ним за гречу под
влиянием радости за телку.
Всего страннее казалось ему то, что брат его, Иван Федорович, единственно на которого он надеялся и который один имел такое
влияние на
отца, что мог бы его остановить, сидел теперь совсем неподвижно на своем стуле, опустив глаза и по-видимому с каким-то даже любознательным любопытством ожидал, чем это все кончится, точно сам он был совершенно тут посторонний человек.
Порча и растление, при отсутствии смерти, с течением времени овладели бы человеческой жизнью настолько, что никакая праведность не могла бы оградиться от его
влияния: греховному человечеству, наделенному даром бессмертия, угрожало превращение в дьяволов или, по крайней мере, приближение к тому совершенству во зле, которое присуще лишь
отцу лжи и его клевретам.
Бахметев имел какую-то тень
влияния или, по крайней мере, держал моего
отца в узде. Когда Бахметев замечал, что мой
отец уж через край не в духе, он надевал шляпу и, шаркая по-военному ногами, говорил...
Я думаю, что
влияние кузины на меня было очень хорошо; теплый элемент взошел с нею в мое келейное отрочество, отогрел, а может, и сохранил едва развертывавшиеся чувства, которые очень могли быть совсем подавлены иронией моего
отца.
Разумеется, мой
отец не ставил его ни в грош, он был тих, добр, неловок, литератор и бедный человек, — стало, по всем условиям стоял за цензом; но его судорожную смешливость он очень хорошо заметил. В силу чего он заставлял его смеяться до того, что все остальные начинали, под его
влиянием, тоже как-то неестественно хохотать. Виновник глумления, немного улыбаясь, глядел тогда на нас, как человек смотрит на возню щенят.
Под
влиянием этого же временного отсутствия мысли — рассеянности почти — крестьянский парень лет семнадцати, осматривая лезвие только что отточенного топора подле лавки, на которой лицом вниз спит его старик
отец, вдруг размахивается топором и с тупым любопытством смотрит, как сочится под лавку кровь из разрубленной шеи; под
влиянием этого же отсутствия мысли и инстинктивного любопытства человек находит какое-то наслаждение остановиться на самом краю обрыва и думать: а что, если туда броситься? или приставить ко лбу заряженный пистолет и думать: а что, ежели пожать гашетку? или смотреть на какое-нибудь очень важное лицо, к которому все общество чувствует подобострастное уважение, и думать: а что, ежели подойти к нему, взять его за нос и сказать: «А ну-ка, любезный, пойдем»?
Этот маленький эпизод доставил мне минуту иронического торжества, восстановив воспоминание о вере
отца и легкомысленном отрицании капитана. Но все же основы моего мировоззрения вздрагивали. И не столько от прямой полемики, сколько под косвенным
влиянием какого-то особенного веяния от нового миросозерцания.
Под
влиянием обстоятельств и опасений я усумнилась в моем милом, великодушном
отце.
Отец на него не имел никакого
влияния, и если что в нем отражалось от его детской семейной жизни, то это разве
влияние матери, которая жила вечными упованиями на справедливость рока.
Этот вид совершенно не был в характере веселой и болтливой Насти, а появился лишь в отношении ее любимицы, Александры Яковлевны, со времени опалы последней — вероятно под
влиянием ее
отца и остальной прислуги.
Покойный князь Василий, вскоре после возвращения Софьи с мужем из свадебного заграничного путешествия, пользуясь своим огромным
влиянием в высших сферах, успел доставить Сергею Николаевичу несколько почетных должностей, не мешавших ему помогать
отцу в его торговых оборотах, и даже звание камер-юнкера.
— Это было бы крайне бестактно. Свадьба до истечении года со дня смерти
отца! На сестру я имею
влияние… — вспыхнула княжна.
Алексис не был одарен способностью особенно быстро понимать дела и обсуживать их. К тому же он был удивлен не менее, как в медовый месяц после свадьбы, когда Глафира Львовна заклинала его могилой матери, прахом
отца позволить ей взять дитя преступной любви. Сверх всего этого, Негров хотел смертельно спать; время для доклада о перехваченной переписке было дурно выбрано: человек сонный может только сердиться на того, кто ему мешает спать, — нервы действуют слабо, все находится под
влиянием устали.
При этой неожиданной аттестации
отец Арсений молча вскинул своими незрящими глазами в сторону Терпибедова. Под
влиянием этого взора расходившийся капитан вдруг съежился и засуетился. Он схватил со стола дорожный чубук, вынул из кармана засаленный кисет и начал торопливо набивать трубку.
— О,
отец! Разве он думает что обо мне; ему бы только как подешевле было! — воскликнул Павел, под
влиянием досады и беспокойства.
— Что касается меня, да будет вам мое благословение, выбор хороший, — сказал граф Стоцкий. — Я даже могу помочь вам и замолвить словечко ее брату. Он имеет
влияние на
отца.
— Я умоляла его об этом, но все напрасно! Между его друзьями был один человек, который имел на него громадное
влияние. Его фамилия была Алферов. Его познакомил с
отцом, кажется, граф Стоцкий. Он старался так обойти
отца, что тот был совершенно в его власти. С первой же встречи я возненавидела этого человека, хотя он очень старался сблизиться со мной.
Странное
влияние имел на меня
отец — и странные были наши отношения.
Николай Сергеич с негодованием отвергал этот слух, тем более что Алеша чрезвычайно любил своего
отца, которого не знал в продолжение всего своего детства и отрочества; он говорил об нем с восторгом, с увлечением; видно было, что он вполне подчинился его
влиянию.
Полные уверения в страстной любви, в намерении скорее броситься в Неву, нежели отдаться другому, они сообщали ему наряду с этим далеко не радостные известия. Из них он узнал, что Маргарита снова переехала в квартиру
отца, и по некоторым, для обыкновенного читателя неуловимым, но ясным для влюбленного, отдельным фразам, оборотам речи, он видел, что она снова находится под
влиянием своего
отца, то есть значит и Марины Владиславовны, мыслями которой мыслил и глазами которой глядел Максимилиан Эрнестович.
— Мой
отец дал мне прекрасное образование, но под
влиянием идей шестидесятых годов заставил меня сделаться врачом.
В то время все трое были студентами, числились неблагонадежными, и
отец, бывший под
влиянием сыновей, мирволил политическим.
Весь необузданный, страстный темперамент юноши вылился в этих словах. Неприятный огонь снова пылал в его глазах, руки были сжаты в кулаки. Он дрожал всем телом под
влиянием дикого порыва возмущения. Очевидно, он решился начать борьбу с
отцом, которого прежде так боялся. Но взрыва гнева
отца, которого ожидал сын, не последовало. Иван Осипович смотрел на него серьезно и молчал с выражением немого упрека по взгляде.
—
Отец какой-то странный человек, ни во что не вступается и держится дома гостем… Кажется, дядя имеет больше
влияния. Я подозреваю, что тут кроется некоторый конфликт, — именно, что бедный немчик женился на богатой немочке и теперь несет добровольное иго.
Все смолкают; стаканы с чаем стоят нетронутыми. Иудушка тоже откидывается на спинку стула и нервно покачивается. Петенька, видя, что всякая надежда потеряна, ощущает что-то вроде предсмертной тоски и под
влиянием ее готов идти до крайних пределов. И
отец и сын с какою-то неизъяснимою улыбкой смотрят друг другу в глаза. Как ни вышколил себя Порфирий Владимирыч, но близится минута, когда и он не в состоянии будет сдерживаться.
Василий Иванович был
отец строгий, что, конечно, не имело прямого значения в то время, когда он решился женить сына, но память об отцовской строгости остается в детях и в зрелом возрасте, иногда оказывая на них некоторое
влияние.
Прав был и Кржижановский. Ореол блестящей партии, окружавшей князя в московском свете, не остался без
влияния на княжну Варвару, и мысль, что князь сделает ей предложение, стала улыбаться ей не менее, чем ее
отцу, князю Ивану Андреевичу.
Только едят, пьют, спят, потом умирают… родятся другие и тоже едят, пьют, спят и, чтобы не отупеть от скуки, разнообразят жизнь свою гадкой сплетней, водкой, картами, сутяжничеством, и жены обманывают мужей, а мужья лгут, делают вид, что ничего не видят, ничего не слышат, и неотразимо пошлое
влияние гнетет детей, и искра божия гаснет в них, и они становятся такими же жалкими, похожими друг на друга мертвецами, как их
отцы и матери…
Вероятно, под
влиянием дяди Петра Неофитовича,
отец взял ко мне семинариста Петра Степановича, сына мценского соборного священника. О его
влиянии на меня сказать ничего не могу, так как в скорости по водворении в доме этот скромный и, вероятно, хорошо учившийся юноша попросил у
отца беговых дрожек, чтобы сбегать во мценский собор, куда, как уведомлял его
отец, ждали владыку. Вернувшись из города, Петр Степанович рассказывал, что дорогой туда сочинил краткое приветствие архипастырю на греческом языке.
Великим постом
отец любил ботвинью с свежепросоленною домашней осетриной, но особенно гордился хорошим приготовлением крошева (рубленой кислой капусты). Помню, однажды под
влиянием любви к крошеву
отец спросил подлившего себе в тарелку квасу письмоводителя: «А что, Лука Афанасьевич, хороша ли капустка?»
Борис Иванович, под
влиянием Гладких, на которого он смотрел как на второго
отца любимой девушки, согласился и не подымал вопроса о свадьбе, пока впечатления горькой утраты окончательно не смягчатся временем в сердце его невесты.
— Повторяю вам, что он с восторгом откроет вам свои объятия и благословит вас… и день, когда вы вернетесь… Он выгнал вас под
влиянием вспышки своего необузданного характера… и столько лет страдает из-за этого… Простите ему. Он ведь молился на вас, он думал, что любовь к вам умерла, а она никогда не покидала его сердце. Разве может в сердце
отца погаснуть любовь к его детищу? Никогда!
Всего более
влияния имел на нее
отец, которого она обожала.
Еще большее
влияние эти люди имели на детей, приблизивших к себе их
отцов. Детский ум и детское воображение скорее и сильнее воспринимает все новое, неизвестное.
Вероятно, мои ласковые слова были так непривычны и странны, что
отец невольно поддался их
влиянию… Перед его внутренним взором, должно быть, воскресла другая девочка, нежная, как ласточка, кроткая и любящая, как голубка… Глаза его затуманились слезами, он затих и оставался неподвижен, с низко опущенной головой. Наконец, он обратил ко мне лицо, исполненное ласки и невыразимой грусти.
— Наш
отец, — продолжала Надежда Сергеевна, — относится к нему с глубокой признательностью и исключительным уважением. Если бы пришлось рисковать жизнью, чтобы спасти его, он бы это сделал без малейшего колебания. Если бы нужно было помочь деньгами,
влиянием, поверить ему самые важные тайны, оказать ему серьезную услугу, он также бы исполнил все это, не колеблясь. Но…
Если бы Латкин отбил у
отца выгодное дело, на манер заменившего его впоследствии Настасея, —
отец вознегодовал бы на него не более, чем на Настасея, вероятно, даже меньше; но Латкин, под
влиянием необъяснимого, непонятного чувства — зависти, жадности — а быть может, и под мгновенным наитием честности — «подвел» моего
отца, выдал его общему их доверителю, богатому молодому купцу, открыв глаза этому беспечному юноше на некоторый… некоторый кунштюк [Кунштюк — ловкая проделка.], долженствовавший принести значительную пользу моему
отцу.
— Прекрасно! Так она и сиди у матушки, — на вас-то она какое имеет
влияние? До вас ей какое дело? Помилуйте, в нашем образованном веке
отцы родные не мешаются в семейные дела детей. Ну вот я, скажите, пожалуйста, мешался ли хоть во что-нибудь? Позволил ли я себе оскорбить вас хоть каким-нибудь ничтожным словом? Вы вежливы, а я еще того вежливее, и прекрасно.
За Наташу вступился доктор Ликонский,
отец Веры и Лиды, единственный человек, имеющий
влияние на упрямого и ограниченного дядю; но и его убеждения ничего не могли поделать.
Но, наконец, выдался случай, который и их
влияние сделал бесполезным; это было таким образом:
отец мой получил полк, в котором прежде служил и с которым был во множестве сражений.
Отец ректор покачал головой и велел мне утром и вечером сверх обыкновенной читать другую молитву, говорил, что это
влияние нечистой силы, отвлекающей от служения престолу к служению мирскому, от лечения духовного — к лечению плотскому.
Вижу всех вас, достойные матадоры провинции, которых беседа имела
влияние на характер моего героя; и, чтобы представить разительно все благородство сердец ваших, сообщаю здесь условия, заключенные вами между собою в доме
отца Леонова и написанные рукою Прямодушина…
В доме ни в чем не заметно ее
влияние:
отец и мать ей как чужие; они боятся ее авторитета, но никогда она не обратится к ним с советом, указанием или требованием.
Кроме Пушкина, Кольцов познакомился в Петербурге с кн. Одоевским, с Жуковским, с кн. Вяземским. Последний постоянно оказывал ему свое участие и был во многом полезен ему своим
влиянием, когда Кольцов по делам
отца снова приехал, в Москву, в 1840 г. Из других литераторов многие сами поспешили познакомиться с простолюдином-поэтом. Он с ними сначала был скромен и застенчив, но потом и здесь, точно так же как в Москве, умел выказать свою наблюдательность.
Это, кажется, было бессознательное
влияние веры
отцов: для меня — моего дяди, для Менделей — их
отца…
Педагог сам, своею собственною персоною, сделался предметом распри между
отцом, который его гнал, и сыном, который за него заступался. Победить, конечно, должен был генерал, но тут замечательно то, что он довел свои гонения на педагога до такого дикого злорадства, что разыскал и противопоставил ему нарочитого супостата. Это и был любопытнейший экземпляр нигилиста тридцатых годов. Генерал дал ему волю сколько возможно вредить доброму
влиянию воспитателя филаретовской заправки.
Равновесие в их жизни нарушалось только одним сторонним обстоятельством:
отец Пеллегрины, с двадцати лет состоявший при своем семействе, с выходом дочери замуж вдруг заскучал и начал страстно молиться богу, но он совсем не обнаруживал стремления жениться, а показал другую удивительную слабость: он поддался
влиянию своего племянника и с особенным удовольствием начал искать веселой компании; чего он не успел сделать в юности, то все хотел восполнить теперь: он завил на голове остаток волос, купил трубку с дамским портретом, стал пить вино и начал ездить смотреть, как танцуют веселые женщины.
Ольга Петровна. Не знаю, собственно, зачем; но ожидаю, что
отец, под
влиянием досады на Алексея Николаича, наскажет на него князю.
Но «оставим все это астрономам доказывать», а обратимся к одному последнему обстоятельству, которое могут доказывать не астрономы, а благочестивые
отцы наши, на самих себе испытавшие все
влияние торжественного снисхождения ангела, приходящего «возмутить и сделать целебными застоявшиеся воды сельской купели».