Внизу молодой куст малины, почти сухой, без листьев, искривившись, тянется к солнцу; зеленая игловатая трава и молодой лопух, пробившись сквозь прошлогодний лист, увлаженные росой, сочно зеленеют в
вечной тени, как будто и не знают о том, как на листьях яблони ярко играет солнце.
Неточные совпадения
«
Вечные муки» имеют лишь отрицательную вечность, это только
тень, отбрасываемая самостью.
Твои
тени живут и исчезают. То, что в тебе вечно, то, что разумеет, принадлежит не к преходящей жизни. Это
вечное есть в тебе, перенесись в него, и оно откроет тебе всё то, что ложно, и всё то, что истинно, и всё то, что тебе нужно знать.
Может быть, это было несколько преувеличено, но
вечная безнатурность Висленева, сквозь которую, как копье сквозь
тень, проникали все просьбы, убеждения и уроки прошлого, внушала мне чувство страшной безнадежности.
Мысль не отвечала. Она была недвижна, пуста и молчала. Два безмолвия окружали Меня, два мрака покрывали мою голову. Две стены хоронили Меня, и за одною, в бледном движении
теней, проходила ихняя, человеческая, жизнь, а за другою — в безмолвии и мраке простирался мир Моего истинного и
вечного бытия. Откуда услышу зовущий голос? Куда шагну?
Рядом с нею стоял Рябовский и говорил ей, что черные
тени на воде — не
тени, а сон, что в виду этой колдовской воды с фантастическим блеском, в виду бездонного неба и грустных, задумчивых берегов, говорящих о суете нашей жизни и о существовании чего-то высшего,
вечного, блаженного, хорошо бы забыться, умереть, стать воспоминанием.
Приветствую тебя, Кавказ седой!
Твоим горам я путник не чужой:
Они меня в младенчестве носили
И к небесам пустыни приучили.
И долго мне мечталось с этих пор
Всё небо юга да утесы гор.
Прекрасен ты, суровый край свободы,
И вы, престолы
вечные природы,
Когда, как дым синея, облака
Под вечер к вам летят издалека,
Над вами вьются, шепчутся как
тени,
Как над главой огромных привидений
Колеблемые перья, — и луна
По синим сводам странствует одна.
В те дни любил с друзьями я всегда
Собора
тень и
вечную прохладу,
Где в самый зной дышалось без труда...