Предложения из русской классики со словом «изборский»
Изборский уехал в Москву, где у него была лекции в университете. В музее долго еще обсуждалась его лекция, a я уходил с нее с смутными ощущениями. «Да, — думалось мнё, — это очень интересно: и лекция, и профессор… Но… что это вносит в мой спор с жизнью?.. Он начинается как раз там, где предмет Изборского останавливается… Жизнь становится противна именно там, где начинается животное…»
Молодой гусар Изборский, лицо, написанное для Сосницкого, который славился в подобных ролях, мастерски подражая тогдашней военной молодежи — нарисовано очень недурно: но зато интрига и развязка пиесы до такой степени неправдоподобна, условность доведена до такой наивности, что теперь она составляет своего рода комическое явление и заставляет смеяться читателя.
Действительно, небольшая аудиторий в музее уже была полна. Изборский с внешней стороны не был хорошим лектором. Порой он заикался, подыскивал слова. Но даже в эти минуты его наивные глаза сверкали таким внутренним интересом к предмету, что внимание аудитории не ослабевало. Когда же Изборский касался предметов, ему особенно интересных, его речь становилась красивой и даже плавной. Он находил обороты и образы, которые двумя — тремя чертами связывали специальный предмет с областью широких, общих идей…
Профессор Изборский был очень худощав, с тонким, выразительным лицом и прекрасными, большими серыми глазами. Они постоянно лучились каким-то особенным, подвижным, перебегающим блеском. И в них рядом с мыслью светилась привлекательная, почти детская наивность.
Когда я вошел в музей профессора, Изборского окружала кучка студентов. Изборский был высок, и его глаза то и дело сверкали над головами молодежи. Рядом с ним стоял Крестовоздвиженский, и они о чем-то спорили. Студент нападал. Профессор защищался. Студенты, по крайней мере те, кто вмешивался изредка в спор, были на стороне Крестовоздвиженского. Я не сразу вслушался, что говорил Крестовоздвиженский, и стал рассматривать таблицы, в ожидании предстоявшей лекции.
Стратегия рывка, о котором говорит «Изборский клуб», включает в себя не просто финансирование нашей оборонной индустрии, закупку станков, создание новых систем оружия, – но параллельный, беспощадный удар по мафии, жадно ожидающей эти финансовые потоки.
Если обобщить все маршруты, то в них попадают следующие объекты: «Медовый хутор», «Берёзовый хутор», «Хлебный хутор», «Изборский страус», сыроварня «Бебешкино», музей «Льняная губерния», фермерское хозяйство «Барановское» (более известное как малиновый хутор).
Стратегия рывка, о котором говорит «Изборский клуб», включает в себя не просто финансирование нашей оборонной индустрии, закупку станков, создание новых систем оружия, – но параллельный, беспощадный удар по мафии, жадно ожидающей эти финансовые потоки.
– Елага. Елага это, воевода изборский.
Если обобщить все маршруты, то в них попадают следующие объекты: «Медовый хутор», «Берёзовый хутор», «Хлебный хутор», «Изборский страус», сыроварня «Бебешкино», музей «Льняная губерния», фермерское хозяйство «Барановское» (более известное как малиновый хутор).