Когда грузчики, бросив работать, рассыпались по гавани шумными группами, покупая себе у торговок разную снедь и усаживаясь обедать тут же, на мостовой, в тенистых уголках, — появился Гришка Челкаш, старый травленый волк, хорошо знакомый гаванскому люду, заядлый пьяница и ловкий, смелый вор.
От судов к бесчисленным пакгаузам и обратно по колеблющимся сходням сновали грузчики: русские босяки, оборванные, почти оголенные, с пьяными, раздутыми лицами, смуглые турки в грязных чалмах и в широких до колен, но обтянутых вокруг голени шароварах, коренастые мускулистые персы, с волосами и ногтями, окрашенными хной в огненно-морковный цвет.
Он веселился без устали, почти ежедневно устраивал маскарады, одевался дебардером, [Грузчиком (франц. dе́bardeur).] танцевал канкан и в особенности любил интриговать мужчин.
Обезьяна эта, одетая дебардером, [грузчиком (от фр. debardeur).] в широких красных шароварах, сообщала всей комнате особый запах, чрезвычайно неприятный.
Обмен мыслеобразами стал быстрее, солнце спряталось, всё окутал туман, ветер радостно взвыл в чаще, а две фигуры продолжали единоборство, словно два портовых грузчика, старающихся пригнуть руку противника к столу.
Обмен мыслеобразами стал быстрее, солнце спряталось, всё окутал туман, ветер радостно взвыл в чаще, а две фигуры продолжали единоборство, словно два портовых грузчика, старающихся пригнуть руку противника к столу.
Я наблюдал, как два грузчика передвигали диваны, столы и стулья, а женщина всё никак не могла решить, что куда поставить.
– Да тут бригада грузчиков нужна! Вон какое чудовище! А вы его продайте, он, наверное, жутко старый и стоит дорого.