Павел взглянул на нее мокрыми и незрячими глазами и снова закачался с равномерностью человека, у которого болят зубы, — вправо, влево. Презрительно фыркнув, женщина подошла к кровати и стала оправлять ее. На ходу с нее соскочила бумазейная полосатая юбка, и она ногами отбросила ее.
Швейцар — старый, заплесневелый, сидит в бумазейной куртке и не торопясь чистит булаву, а жена его в каморке готовит щи, запах которых сообщает строению жилой характер.
Надела на себя юбчонку бумазейную и пошла в кухоньку. А мне-таки тут что-то смерть не хотелось вставать. Приносит она самоваришко, сели мы чай пить, она и говорит: «Что, — говорит, — я, Домна Платоновна, надумалась?»
Через несколько дней после этого Илья встретил Пашку Грачёва. Был вечер; в воздухе лениво кружились мелкие снежинки, сверкая в огнях фонарей. Несмотря на холод, Павел был одет только в бумазейную рубаху, без пояса. Шёл он медленно, опустив голову на грудь, засунув руки в карманы, согнувши спину, точно искал чего-то на своей дороге. Когда Илья поравнялся с ним и окликнул его, он поднял голову, взглянул в лицо Ильи и равнодушно молвил...
Когда он был вскрыт, со всех сторон посыпались громкие радостные возгласы, так как в нём оказались различные принадлежности матросского одеяния: суконные куртки, фланелевые рубашки, красного и голубого цвета бумазейные панталоны, пояса и башмаки.
Вспомнилась крошечная комнатушка на чердаке, хрусткий лёд в тазу с водой и треснутый кувшин для умывания, тёмное бумазейное платье и грубый шерстяной фартук, которые я надевала каждое утро, прежде чем спуститься вниз и растопить печи и камины.
Когда он был вскрыт, со всех сторон посыпались громкие радостные возгласы, так как в нём оказались различные принадлежности матросского одеяния: суконные куртки, фланелевые рубашки, красного и голубого цвета бумазейные панталоны, пояса и башмаки.
Дома он всегда ходил в застёгнутой до самой шеи просторной бумазейной блузе.
Вспомнилась крошечная комнатушка на чердаке, хрусткий лёд в тазу с водой и треснутый кувшин для умывания, тёмное бумазейное платье и грубый шерстяной фартук, которые я надевала каждое утро, прежде чем спуститься вниз и растопить печи и камины.