– Простишь ли ты меня когда-нибудь, Белинда? – шептал он жене, целуя исхудавшую руку. – Ведь я не дал тебе той любви, какой ты всегда заслуживала.
Белинда частенько называла её пустышкой.
Пойми же, Белинда, наш сын когда-нибудь станет великим.