Рукоять была обвита голубым шнуром, а цуба изображала бурно бегущие морские волны.
Казалось, расхрабрившийся самурай задумался: его взгляд потускнел, кривая ухмылка сползла с лица, а цуба звонко ударилась о ножны.
Он не торопясь вернул свой меч в ножны, и в тот момент, когда цуба меча щёлкнула об обрамление ножен, из гоблинов забились струйки крови.