Кассирер видел специфику мифологического мышления в неразличении реального и идеального, вещи и образа, тела и свойства, а также в отождествлении части с целым.
Впрочем, небрежности, сопровождающие неразличение формы и содержания, относятся не только к русскому языку.
И это не удивительно, так как предметом описания всякий раз служит сам факт наступившего неразличения, то есть культурная обезразличенность и все происходящие из неё смешения.