Туман над рекой белый-белый, то совсем их заволочёт, то хвост один оставит, а то и вовсе вдруг одна лошадь с двумя головами стоит – большой и маленькой.
Я поднял клюшку и раз, и два, и вот уже обнажилось сокровенное нутро «амбара»: покатилась стеклянная банка со сливочным маслом, кусочками рассыпался белый-белый сахар, свёрточки побольше и поменьше полетели в разные стороны, на дне под свёртками показался хлеб.
Если с трёх сторон горы невысокие, то с одной – две очень высокие и массивные, на шапках которых виднелся белый-белый снег.