Вершинин. Я кончил там же, где и вы, в академии я не был; читаю я много, но выбирать книг не умею и читаю, быть может, совсем не то, что нужно, а между тем, чем больше живу, тем больше хочу знать.
Мои волосы седеют, я почти старик уже, но знаю мало, ах, как мало! Но все же, мне кажется, самое главное и настоящее я знаю, крепко знаю. И как бы мне хотелось доказать вам, что счастья нет, не должно быть и не будет для нас… Мы должны только работать и работать, а счастье — это удел наших далеких потомков.
Неточные совпадения
Тузенбах(нетерпеливое движение). Через час я вернусь и опять буду с тобой. (Целует ей руки.) Ненаглядная
моя… (Всматривается ей в лицо.) Уже пять лет прошло, как я люблю тебя, и все не могу привыкнуть, и ты кажешься мне все прекраснее. Какие прелестные, чудные
волосы! Какие глаза! Я увезу тебя завтра, мы будем работать, будем богаты, мечты
мои оживут. Ты будешь счастлива. Только вот одно, только одно: ты меня не любишь!
Все уже разошлись; одна свеча горит в гостиной; maman сказала, что она сама разбудит меня; это она присела на кресло, на котором я сплю, своей чудесной нежной ручкой провела по
моим волосам, и над ухом моим звучит милый знакомый голос:
Послышался трепетный звук, похожий на прерывистый вздох, и я почувствовал на
моих волосах прикосновение слабой, как лист дрожавшей руки.
Я очень сконфузился и не знал, что ответить, а Буткевич после урока подошел ко мне, запустил руки в
мои волосы, шутя откинул назад мою голову и сказал опять:
Мать тихо подозвала меня к себе, разгладила
мои волосы, пристально посмотрела на мои покрасневшие глаза, поцеловала меня в лоб и сказала на ухо: «Будь умен и ласков с дедушкой», — и глаза ее наполнились слезами.
Не могу выразить чувства холодного ужаса, охватившего мою душу в эту минуту. Дрожь пробегала по
моим волосам, а глаза с бессмыслием страха были устремлены на нищего…
Неточные совпадения
Парамошу нельзя было узнать; он расчесал себе
волосы, завел бархатную поддевку, душился,
мыл руки
мылом добела и в этом виде ходил по школам и громил тех, которые надеются на князя мира сего.
— Ничего не понимаю. Ах, Боже
мой, и как мне на беду спать хочется! — сказала она, быстро перебирая рукой
волосы и отыскивая оставшиеся шпильки.
И как ни белы, как ни прекрасны ее обнаженные руки, как ни красив весь ее полный стан, ее разгоряченное лицо из-за этих черных
волос, он найдет еще лучше, как ищет и находит
мой отвратительный, жалкий и милый муж».
«Ты видел, — отвечала она, — ты донесешь!» — и сверхъестественным усилием повалила меня на борт; мы оба по пояс свесились из лодки; ее
волосы касались воды; минута была решительная. Я уперся коленкою в дно, схватил ее одной рукой за косу, другой за горло, она выпустила
мою одежду, и я мгновенно сбросил ее в волны.
Я вздрогнул от ужаса, когда убедился, что это была она; но отчего закрытые глаза так впали? отчего эта страшная бледность и на одной щеке черноватое пятно под прозрачной кожей? отчего выражение всего лица так строго и холодно? отчего губы так бледны и склад их так прекрасен, так величествен и выражает такое неземное спокойствие, что холодная дрожь пробегает по
моей спине и
волосам, когда я вглядываюсь в него?..