«Рассказ неизвестного человека» (Чехов А. П., 1893) по всей классике
Я мельком, в каком-то полубреду, точно засыпая, оглянулся на свою странную, бестолковую жизнь, и вспомнилась мне почему-то мелодрама «Парижские нищие», которую я раза два видел в детстве.
И почему-то, когда я, чтобы встряхнуться от этого полубреда, выглянул из-под верха и увидел рассвет, все образы прошлого, все туманные мысли вдруг слились у меня в одну ясную, крепкую мысль: я и Зинаида Федоровна погибли уже безвозвратно.
Она, казалось, разговаривала сама с собой и старалась убедить себя самое в этой мысли. Иван Павлович в ужасе прислушивался к этому полубреду и стоял наклонившись над больной.
Полусон, полубред налегли на отяжелевшую, горячую голову больного; но он лежал смирно, не стонал и не жаловался; напротив, притих, молчал и крепился, приплюснув себя к постели своей, словно как заяц припадает от страха к земле, заслышав охоту.
Сквозь какой-то полубред, время от времени ненадолго приходя в себя, а затем снова проваливаясь в состояние помрачённого сознания, я чувствовал, что какие-то люди что-то со мной делают, куда-то ведут, укладывают на кровать, заставляют что-то пить…
Сквозь какой-то полубред, время от времени ненадолго приходя в себя, а затем снова проваливаясь в состояние помрачённого сознания, я чувствовал, что какие-то люди что-то со мной делают, куда-то ведут, укладывают на кровать, заставляют что-то пить…
Но об этом можно было думать только в ночном полубреду.