— У нас на Кавказе, знаете ли, один полковник тоже был вегетарианцем. Не ел мяса, никогда не охотился и не позволял своим людям рыбу ловить. Конечно, я понимаю. Всякое животное должно жить на свободе, пользоваться жизнью; только не понимаю, как может свинья ходить, где ей угодно, без присмотра…
Симонсон, в гуттаперчевой куртке и резиновых калошах, укрепленных сверх шерстяных чулок бечевками (он был вегетарианец и не употреблял шкур убитых животных), был тоже на дворе, дожидаясь выхода партии. Он стоял у крыльца и вписывал в записную книжку пришедшую ему мысль. Мысль заключалась в следующем...
— Женюсь, дружище, женюсь… ты, конечно, удивлен, но увы, любовь не свой брат… не кочерыжка, не бросишь, как говорит «золотая Мина», знаешь ее… Впрочем, что я спрашиваю вегетарианца о вкусе рябчика с душком.
Его сторонники в питании позволяют себе больше, чем представители других групп, понимая, что быть вегетарианцем ещё не значит просто отвергать продукты животного происхождения.
Многие люди, решив стать вегетарианцами или сыроедами, пытаясь резко изменить свою диету, часто сталкиваются с проблемами.
Его сторонники в питании позволяют себе больше, чем представители других групп, понимая, что быть вегетарианцем ещё не значит просто отвергать продукты животного происхождения.
Сказать, что эти милые люди – убеждённые вегетарианцы, было бы большим преувеличением.