Неточные совпадения
Попова. И не выйду никогда… Зачем? Жизнь моя уже кончена. Он лежит в могиле, я
погребла себя в четырех
стенах… Мы оба умерли.
Я навеки
погребла себя в четырех
стенах и до самой могилы не сниму этого траура…
Смирнов (презрительный смех). Траур!.. Не понимаю, за кого вы меня принимаете? Точно я не знаю, для чего вы носите это черное домино и
погребли себя в четырех
стенах! Еще бы! Это так таинственно, поэтично! Проедет мимо усадьбы какой-нибудь юнкер или куцый поэт, взглянет на окна и подумает: «Здесь живет таинственная Тамара, которая из любви к мужу
погребла себя в четырех
стенах». Знаем мы эти фокусы!
Здесь, в мутном свете остроконечных окон, придавленных косыми треугольниками каменных сводов, стояли маленькие и большие бочки; самая большая, в форме плоского круга, занимала всю поперечную
стену погреба, столетний темный дуб бочки лоснился, как отшлифованный.
Все это слабо освещалось одною стеариновою свечкою, стоявшею перед литографическим камнем, за которым на корточках сидел Персиянцев. При этом слабом освещении, совершенно исчезавшем на темных
стенах погреба и только с грехом пополам озарявшем камень и работника, молодой энтузиаст как нельзя более напоминал собою швабского поэта, обращенного хитростью Ураки в мопса и обязанного кипятить горшок у ведьмы до тех пор, пока его не размопсит совершенно непорочная девица.
Неточные совпадения
Пропадете в сырых
погребах, замурованные в каменные
стены, если вас, как баранов, не сварят всех живыми в котлах!
В башнях заведены лавки немаловажных чиновников; к
стенам пристроены в иных местах неблаговидные лавочки, в других
погреба, сараи, конюшни…
От поднятия почвенной воды иногда до пола, от постоянного застоя влаги в земляных крышах и в рыхлых гниющих
стенах сырость в этих
погребах была ужасная.
Галактиона удивило, что вся компания, пившая чай в думе, была уже здесь — и двое Ивановых, и трое Поповых, и Полуянов, и старичок с утиным носом, и доктор Кочетов. Галактион подумал, что здесь именины, но оказалось, что никаких именин нет. Просто так, приехали — и делу конец. В большой столовой во всю
стену был поставлен громадный стол, а на нем десятки бутылок и десятки тарелок с закусками, — у хозяина был собственный ренсковый
погреб и бакалейная торговля.
Выпевал про Ивана Тимофеича, как дважды его в Москве на кремлевской
стене распинали, как два раза его на Лобном месте
погребали, как он дважды воскресал и являлся ученикам на Пахре, как слетелась к нему на раденье небесная сила и как с нею вознесся он.