Саша Усков, молодой человек 25-ти лет, из-за которого весь сыр-бор загорелся, давно уже пришел и, как советовал ему его заступник, дядя по матери, добрейший Иван Маркович, смиренно сидит в зале около двери, идущей в кабинет, и готовит себя к откровенному, искреннему объяснению.
Саша Усков сидит у двери и слушает. Он не чувствует ни страха, ни стыда, ни скуки, а одну только усталость и душевную пустоту. Ему кажется, что для него решительно всё равно: простят его или не простят; пришел же он сюда ждать приговора и объясняться только потому, что его упросил прийти добрейший Иван Маркович. Будущего он не боится. Для него всё равно, где ни быть: здесь ли в зале, в тюрьме ли, в Сибири ли.
Наняв извозчика, Саша успокоивается и чувствует, как в его грудь опять врывается радость. Права молодости, о которых говорил на семейном совете добрейший Иван Маркович, проснулись и заговорили. Саша рисует себе предстоящую попойку и в его голове меж бутылок, женщин и приятелей мелькает мыслишка...
С самого детства не покидал он родительского дома и под руководством своей матери, добрейшей, но совершенно тупоумной женщины, Василисы Васильевны, вырос баловнем и барчуком.
ДОБРЕ'ЙШИЙ, ая, ее.
1. Превосх. ст. к добрый. Добрейшей души человек.
2. Формула вежливого обращения к лицу, близко знакомому, преимущ. в письмах (устар.). Д. Павел Петрович! спешу Вас уведомить... (Толковый словарь Ушакова)
ДОБРЕ'ЙШИЙ, ая, ее.
1. Превосх. ст. к добрый. Добрейшей души человек.
2. Формула вежливого обращения к лицу, близко знакомому, преимущ. в письмах (устар.). Д. Павел Петрович! спешу Вас уведомить...