Он вспомнил свою вчерашнюю ненависть к смуглому лбу и курчавым волосам и подумал, что даже вчера, в минуту сильной ненависти и гнева, он не смог бы
выстрелить в человека.
Неточные совпадения
Выстрелить в ногу или
в руку, ранить, потом посмеяться над ним, и как насекомое с оторванной ножкой теряется
в траве, так пусть он со своим глухим страданием затеряется после
в толпе таких же ничтожных
людей, как он сам.
Когда прошла гроза, он сидел у открытого окна и покойно думал о том, что будет с ним. Фон Корен, вероятно, убьет его. Ясное, холодное миросозерцание этого
человека допускает уничтожение хилых и негодных; если же оно изменит
в решительную минуту, то помогут ему ненависть и чувство гадливости, какие возбуждает
в нем Лаевский. Если же он промахнется, или, для того чтобы посмеяться над ненавистным противником, только ранит его, или
выстрелит в воздух, то что тогда делать? Куда идти?
Неточные совпадения
Он покраснел; ему было стыдно убить
человека безоружного; я глядел на него пристально; с минуту мне казалось, что он бросится к ногам моим, умоляя о прощении; но как признаться
в таком подлом умысле?.. Ему оставалось одно средство —
выстрелить на воздух; я был уверен, что он
выстрелит на воздух! Одно могло этому помешать: мысль, что я потребую вторичного поединка.
«Сомова должна была
выстрелить в рябого, — соображал он. — Страшно этот, мохнатый, позвал бога, не докричавшись до
людей. А рябой мог убить меня».
Самгин решал вопрос: идти вперед или воротиться назад? Но тут из двери мастерской для починки швейных машин вышел не торопясь высокий, лысоватый
человек с угрюмым лицом,
в синей грязноватой рубахе,
в переднике; правую руку он держал
в кармане, левой плотно притворил дверь и запер ее, точно
выстрелив ключом. Самгин узнал и его, — этот приходил к нему с девицей Муравьевой.
Ломовой счастливо захохотал, Клим Иванович пошел тише, желая послушать, что еще скажет извозчик. Но на панели пред витриной оружия стояло
человек десять, из магазина вышел коренастый
человек, с бритым лицом под бобровой шапкой,
в пальто с обшлагами из меха, взмахнул рукой и, громко сказав: «
В дантиста!» —
выстрелил.
В проходе во двор на белой эмалированной вывеске исчезла буква а, стрелок, самодовольно улыбаясь, взглянул на публику, кто-то одобрил его:
— Чепуха какая, — задумчиво бормотал Иноков, сбивая на ходу шляпой пыль с брюк. — Вам кажется, что вы куда-то не туда бежали, а у меня
в глазах — щепочка мелькает, эдакая серая щепочка, точно ею
выстрелили, взлетела… совсем как жаворонок… трепещет. Удивительно, право! Тут —
люди изувечены, стонут, кричат, а
в память щепочка воткнулась. Эти штучки… вот эдакие щепочки… черт их знает!