Жена одного из них, не спавшая всю ночь, показала, что все три сторожа в течение ночи спали, как убитые, и не оставляли своих постелей ни на минуту; бедняги не знали, что в этой жалкой арестантской могут водиться такие звери.
Неточные совпадения
Я молчал и не противоречил ему, потому что знал, что мщение за чужую
жену ограничится
одним только пьяным словоизвержением в четырех стенах и что о дуэли будет забыто завтра же.
— Ответьте мне только на
один этот вопрос, имеющий большую важность… Были ли вам известны отношения вашей
жены к графу?
Я узнал, что Урбенин, живя в городе, беспрестанно бомбардировал графа письмами; в
одних письмах он проклинал, в других умолял возвратить ему
жену, обещая забыть все обиды и бесчестия; бедняга хватался за эти письма, как за соломинку.
Однако она помнила, что Анна, золовка, была
жена одного из важнейших лиц в Петербурге и петербургская grande dame.
С другой стороны, вместо кротости, чистосердечия, свойств жены добродетельной, муж видит в душе своей
жены одну своенравную наглость, а наглость в женщине есть вывеска порочного поведения.
Наконец одним утром к ним приехала Лариса Максимовна Каздуева,
жена одного из самых старых друзей Бурмакина, и так убедительно просила Милочку посетить их вечером, что пришлось согласиться.
Неточные совпадения
У ночи много звезд прелестных, // Красавиц много на Москве. // Но ярче всех подруг небесных // Луна в воздушной синеве. // Но та, которую не смею // Тревожить лирою моею, // Как величавая луна, // Средь
жен и дев блестит
одна. // С какою гордостью небесной // Земли касается она! // Как негой грудь ее полна! // Как томен взор ее чудесный!.. // Но полно, полно; перестань: // Ты заплатил безумству дань.
Что может быть на свете хуже // Семьи, где бедная
жена // Грустит о недостойном муже, // И днем и вечером
одна; // Где скучный муж, ей цену зная // (Судьбу, однако ж, проклиная), // Всегда нахмурен, молчалив, // Сердит и холодно-ревнив! // Таков я. И того ль искали // Вы чистой, пламенной душой, // Когда с такою простотой, // С таким умом ко мне писали? // Ужели жребий вам такой // Назначен строгою судьбой?
В пустыне, где
один Евгений // Мог оценить его дары, // Господ соседственных селений // Ему не нравились пиры; // Бежал он их беседы шумной, // Их разговор благоразумный // О сенокосе, о вине, // О псарне, о своей родне, // Конечно, не блистал ни чувством, // Ни поэтическим огнем, // Ни остротою, ни умом, // Ни общежития искусством; // Но разговор их милых
жен // Гораздо меньше был умен.
Зять еще долго повторял свои извинения, не замечая, что сам уже давно сидел в бричке, давно выехал за ворота и перед ним давно были
одни пустые поля. Должно думать, что
жена не много слышала подробностей о ярмарке.
— Трудно, Платон Михалыч, трудно! — говорил Хлобуев Платонову. — Не можете вообразить, как трудно! Безденежье, бесхлебье, бессапожье! Трын-трава бы это было все, если бы был молод и
один. Но когда все эти невзгоды станут тебя ломать под старость, а под боком
жена, пятеро детей, — сгрустнется, поневоле сгрустнется…