В кабинете редакции и за столом Леонтьев больше молчал или пускал короткие фразы, тяжело дыша, как горбоносец. Он при Каткове как бы умышленно стушевался и смахивал на родственника, живущего в доме, как это водилось так еще часто в московских домах.
Неточные совпадения
Здесь по каждому отделу свой особый
кабинет по обе стороны коридора, затем большой
кабинет редактора и огромная редакционная приемная, где перед громадными, во все стены, библиотечными шкафами стоял двухсаженный зеленый стол, на одном конце которого заседал уже начавший стариться фельетонист А.П. Лукин, у окна — неизменный А.Е. Крепов, а у другого секретарь
редакции, молодой брюнет
в очках,
В.А. Розенберг принимал посетителей.
Когда
В.М. Дорошевич появлялся
в редакции, то все смолкало. Он шествовал к себе
в кабинет, принимал очень по выбору, просматривал каждую статью и, кроме дневных приемов, просиживал за чтением гранок ночи до выхода номера.
Никогда не забыть мне беседы
в редакции «Русских ведомостей»,
в кабинете В.М. Соболевского, за чаем, где Н.К. Михайловский и А.И. Чупров говорили, что
в России еще не народился пролетариат, а
в ответ на это Успенский привел
в пример моих только что напечатанных «Обреченных», попросил принести номер газеты и заставил меня прочитать вслух.
Дом для
редакции был выстроен на манер большой парижской газеты: всюду коридорная система, у каждого из крупных сотрудников — свой
кабинет,
в вестибюле и приемной торчат мальчуганы для посылок и служащие для докладов; ни к одному сотруднику без доклада постороннему войти нельзя.
В десять ужин, а после ужина уходит
в кабинет и до четырех часов стучит на своем «ремингтоне». Летом тот же режим — только больше на воздухе. Любитель цветов,
В.М. Лавров копается
в саду, потом ходит за грибами, а по ночам делает переводы на русский язык польских писателей или просматривает материалы для очередного номера журнала, которые ему привозили из
редакции.