Неточные совпадения
С самого рождения я живу
в Москве, но ей-богу не знаю, откуда пошла Москва, зачем она, к чему, почему, что ей нужно.
В думе, на заседаниях, я вместе с другими толкую о городском хозяйстве, но я не знаю, сколько верст
в Москве, сколько
в ней народу, сколько
родится и умирает, сколько мы получаем и тратим, на сколько и с кем торгуем… Какой
город богаче: Москва или Лондон? Если Лондон богаче, то почему? А шут его знает! И когда
в думе поднимают какой-нибудь вопрос, я вздрагиваю и первый начинаю кричать...
В этот вечер Самгины узнали, что Митрофанов, Иван Петрович, сын купца,
родился в городе Шуе, семь лет сидел в гимназии, кончил пять классов, а в шестом учиться не захотелось.
Неточные совпадения
Он женился на ней, как только минул срок траура, и, покинув министерство уделов, куда по протекции отец его записал, блаженствовал со своею Машей сперва на даче около Лесного института, потом
в городе,
в маленькой и хорошенькой квартире, с чистою лестницей и холодноватою гостиной, наконец —
в деревне, где он поселился окончательно и где у него
в скором времени
родился сын Аркадий.
Трудно допустить, что
в этом
городе может
родиться человек, подобный Достоевскому.
— Чертище, — называл он инженера и рассказывал о нем: Варавка сначала был ямщиком, а потом — конокрадом, оттого и разбогател. Этот рассказ изумил Клима до немоты, он знал, что Варавка сын помещика,
родился в Кишиневе, учился
в Петербурге и Вене, затем приехал сюда
в город и живет здесь уж седьмой год. Когда он возмущенно рассказал это Дронову, тот, тряхнув головой, пробормотал:
Шанхай сам по себе ничтожное место по народонаселению;
в нем всего (было до осады) до трехсот тысяч жителей: это мало для китайского
города, но он служил торговым предместьем этим
городам и особенно провинциям, где
родится лучший шелк и чай — две самые важные статьи, которыми пока расплачивается Китай за бумажные, шерстяные и другие европейские и американские изделия.
Небо раскалилось и целым ливнем зноя обдавало все живущее;
в воздухе замечалось словно дрожанье и пахло гарью; земля трескалась и сделалась тверда, как камень, так что ни сохой, ни даже заступом взять ее было невозможно; травы и всходы огородных овощей поблекли; рожь отцвела и выколосилась необыкновенно рано, но была так редка, и зерно было такое тощее, что не чаяли собрать и семян; яровые совсем не взошли, и засеянные ими поля стояли черные, словно смоль, удручая взоры обывателей безнадежной наготою; даже лебеды не
родилось; скотина металась, мычала и ржала; не находя
в поле пищи, она бежала
в город и наполняла улицы.