Неточные совпадения
В селе Райбуже, как раз против церкви, стоит двухэтажный дом на каменном фундаменте и с железной крышей. В нижнем этаже живет со своей семьей сам хозяин, Филипп Иванов Катин, по прозванию Дюдя, а в верхнем, где летом бывает очень жарко, а зимою очень холодно, останавливаются проезжие чиновники, купцы и помещики. Дюдя арендует
участки, держит на большой дороге кабак, торгует и дегтем, и мёдом, и скотом, и сороками, и у него уж набралось тысяч восемь, которые лежат в
городе в банке.
В этом протоколе пришлось расписаться и мне, что я и сделал, подписав: «Судебный следователь второго
участка города Брест-Литовска Эдуард Иванович Лейн».
Неточные совпадения
— Вот тебе и отец
города! — с восторгом и поучительно вскричал Дронов, потирая руки. — В этом
участке таких цен, конечно, нет, — продолжал он. — Дом стоит гроши, стар, мал, бездоходен. За землю можно получить тысяч двадцать пять, тридцать. Покупатель — есть, продажу можно совершить в неделю. Дело делать надобно быстро, как из пистолета, — закончил Дронов и, выпив еще стакан вина, спросил: — Ну, как?
Вдали все еще был слышен лязг кандалов и тяжкий топот. Дворник вымел свой
участок, постучал черенком метлы о булыжник, перекрестился, глядя вдаль, туда, где уже блестело солнце. Стало тихо. Можно было думать, что остробородый дворник вымел арестантов из улицы, из
города. И это было тоже неприятным сновидением.
Ваше имение находится только в двадцати верстах от
города, возле прошла железная дорога, и если вишневый сад и землю по реке разбить на дачные
участки и отдавать потом в аренду под дачи, то вы будете иметь самое малое двадцать пять тысяч в год дохода.
«Интересно, кто там сидит сейчас на моем месте?.. Кто-нибудь да сидит… Молодой врач вроде меня… Ну, что же, я свое высидел. Февраль, март, апрель… ну, и, скажем, май — и конец моему стажу. Значит, в конце мая я расстанусь с моим блистательным
городом и вернусь в Москву. И ежели революция подхватит меня на свое крыло — придется, возможно, еще поездить… но, во всяком случае, своего
участка я более никогда в жизни не увижу… Никогда… Столица… Клиника… Асфальт, огни…»
Так я был счастлив в 17-м году зимой, получив перевод в уездный
город с глухого вьюжного
участка.