Неточные совпадения
Определяя прекрасное как полное проявление идеи в отдельном существе, мы необходимо придем к
выводу: «прекрасное в действительности только призрак, влагаемый в нее нашею фантазиею»; из этого будет следовать, что «собственно говоря, прекрасное создается нашею фантазиею, а в действительности (или, [по Гегелю]: в природе) истинно прекрасного нет»; из того, что в природе нет истинно прекрасного, будет следовать, что «искусство имеет своим источником стремление человека восполнить недостатки прекрасного в объективной действительности» и что «прекрасное, создаваемое искусством, выше прекрасного в объективной действительности», — все эти мысли составляют сущность [гегелевской эстетики и являются в ней] не случайно, а по строгому
логическому развитию основного понятия о прекрасном.
Когда Андрей Семенович кончил свои многословные рассуждения, с таким
логическим выводом в заключении речи, то ужасно устал, и даже пот катился с его лица.
Я написал сейчас выше, что окончательная решимость, которой недоставало мне для исполнения моего «последнего убеждения», произошла во мне, кажется, вовсе не из
логического вывода, а от какого-то странного толчка, от одного странного обстоятельства, может быть, вовсе не связанного ничем с ходом дела.
Если хотите, тут характернее всего то, что можно сделать
логический вывод какой угодно, но взять и застрелиться вследствие вывода — это, конечно, не всегда бывает.
Неточные совпадения
Догматы если и возможны, то не в смысле
логических и диалектических
выводов, но лишь как религиозное ведение.
Вера перескакивает через закон достаточного основания,
логической самоотчетности: основания ее недостаточны, или вовсе отсутствуют, или же явно превышаются
выводами.
Вера с объективной стороны есть откровение, в своем содержании столь же мало зависящее от субъективного настроения, как и знание, и, подобно последнему, лишь искажается субъективизмом [«Вера всегда есть следствие откровения, опознанного за откровение; она есть созерцание факта невидимого в факте видимом; вера не то что верование или убеждение
логическое, основанное на
выводах, а гораздо более.
Если этические суждения не имеют фактической принудительности науки или
логической принудительности математики, то и все те гносеологические, метафизические и религиозные
выводы, которые делает Кант на основании анализа этического переживания («практического разума»), лишены самостоятельной основы и держатся на этической интуиции.
Мне, конечно, всё равно будет, но теперь (и, может быть, только в эту минуту) я желаю, чтобы те, которые будут судить мой поступок, могли ясно видеть, из какой
логической цепи
выводов вышло мое «последнее убеждение».