Неточные совпадения
— Это уж вовсе, вовсе не обо мне, — говорит светлая красавица. — Он
любил ее, пока не касался к ней. Когда она становилась его женою, она становилась его подданною; она должна была трепетать его; он запирал ее; он переставал
любить ее. Он охотился, он уезжал на войну, он пировал с своими товарищами, он насиловал своих вассалок, — жена была брошена, заперта, презрена. Ту женщину, которой касался
мужчина, этот
мужчина уж не
любил тогда. Нет, тогда меня не было. Ту царицу звали «Непорочностью». Вот она.
«Когда
мужчина признает равноправность женщины с собою, он отказывается от взгляда на нее, как на свою принадлежность. Тогда она
любит его, как он
любит ее, только потому, что хочет
любить, если же она не хочет, он не имеет никаких прав над нею, как и она над ним. Поэтому во мне свобода.
— Видишь, Ваня: ведь я решила, что я его не любила как ровню, так, как обыкновенно женщина
любит мужчину. Я любила его как… почти как мать. Мне даже кажется, что совсем и не бывает на свете такой любви, чтоб оба друг друга любили как ровные, а? Как ты думаешь?
— Пожалуйте, пожалуйста! Dieu vous bénisse: [Бог вас благословит! (франц.).] я очень рада примирителю. Вы ведь пришли нас мирить? Садитесь, но помирить со мною кого бы то ни было очень трудно: я не из добрых, и особенно — извините! — я не
люблю мужчин.
Неточные совпадения
— А и вправду! — сказал Ноздрев. — Смерть не
люблю таких растепелей! [Растепель (от «растеплить») — рохля, кислый.] — и прибавил вслух: — Ну, черт с тобою, поезжай бабиться с женою, фетюк! [qетюк — слово, обидное для
мужчины, происходит от q — буквы, почитаемой некоторыми неприличною буквою. (Прим. Н.В. Гоголя.)]
Я не стану обвинять тебя — ты поступил со мною, как поступил бы всякий другой
мужчина: ты
любил меня как собственность, как источник радостей, тревог и печалей, сменявшихся взаимно, без которых жизнь скучна и однообразна.
Женщины должны бы желать, чтоб все
мужчины их так же хорошо знали, как я, потому что я
люблю их во сто раз больше с тех пор, как их не боюсь и постиг их мелкие слабости.
— Да, то ужасный путь, и много надо любви, чтоб женщине пойти по нем вслед за
мужчиной, гибнуть — и все
любить.
— Еще бы вы не верили! Перед вами сумасшедший, зараженный страстью! В глазах моих вы видите, я думаю, себя, как в зеркале. Притом вам двадцать лет: посмотрите на себя: может ли
мужчина, встретя вас, не заплатить вам дань удивления… хотя взглядом? А знать вас, слушать, глядеть на вас подолгу,
любить — о, да тут с ума сойдешь! А вы так ровны, покойны; и если пройдут сутки, двое и я не услышу от вас «
люблю…», здесь начинается тревога…