Неточные совпадения
Воспитание Веры Павловны
было очень
обыкновенное. Жизнь ее до знакомства с медицинским студентом Лопуховым представляла кое-что замечательное, но не особенное. А в поступках ее уже и тогда
было кое-что особенное.
Утром Марья Алексевна подошла к шкапчику и дольше
обыкновенного стояла у него, и все говорила: «слава богу, счастливо
было, слава богу!», даже подозвала к шкапчику Матрену и сказала: «на здоровье, Матренушка, ведь и ты много потрудилась», и после не то чтобы драться да ругаться, как бывало в другие времена после шкапчика, а легла спать, поцеловавши Верочку.
Девушка начинала тем, что не пойдет за него; но постепенно привыкала иметь его под своею командою и, убеждаясь, что из двух зол — такого мужа и такого семейства, как ее родное, муж зло меньшее, осчастливливала своего поклонника; сначала
было ей гадко, когда она узнавала, что такое значит осчастливливать без любви;
был послушен: стерпится — слюбится, и она обращалась в
обыкновенную хорошую даму, то
есть женщину, которая сама-то по себе и хороша, но примирилась с пошлостью и, живя на земле, только коптит небо.
Но теперь чаще и чаще стали другие случаи: порядочные люди стали встречаться между собою. Да и как же не случаться этому все чаще и чаще, когда число порядочных людей растет с каждым новым годом? А со временем это
будет самым
обыкновенным случаем, а еще со временем и не
будет бывать других случаев, потому что все люди
будут порядочные люди. Тогда
будет очень хорошо.
А мне казалось, что это просто, проще всего, что это самое
обыкновенное, без чего нельзя
быть, что это верно все так
будет, что это вернее всего!
Было в мастерской еще несколько историй, не таких уголовных, но тоже невеселых: истории
обыкновенные, те, от которых девушкам бывают долгие слезы, а молодым или пожилым людям не долгое, но приятное развлечение.
Знала Вера Павловна, что это гадкое поветрие еще неотвратимо носится по городам и селам и хватает жертвы даже из самых заботливых рук; — но ведь это еще плохое утешение, когда знаешь только, что «я в твоей беде не виновата, и ты, мой друг, в ней не виновата»; все-таки каждая из этих
обыкновенных историй приносила Вере Павловне много огорчения, а еще гораздо больше дела: иногда нужно бывало искать, чтобы помочь; чаще искать не
было нужды, надобно
было только помогать: успокоить, восстановлять бодрость, восстановлять гордость, вразумлять, что «перестань плакать, — как перестанешь, так и не о чем
будет плакать».
Мастерская, узнав об этом, осталась очень довольна: Вера Павловна
будет еще веселее
обыкновенного, и надобно ждать, что прогулка
будет особенно, особенно одушевлена.
Он отправился на свои
обыкновенные занятия; за вечерним чаем говорил, что, кажется, совершенно все прошло, но поутру на другой день сказал, что ему надобно
будет несколько времени посидеть дома.
Но в тогдашних глупых выходках Кирсанова не
было ничего такого, что не
было бы известно Лопухову за очень
обыкновенную принадлежность нынешних нравов; нередкость
было и то, что человек, имеющий порядочные убеждения, поддается пошлости, происходящей от нынешних нравов.
Вышел из 2–го курса, поехал в поместье, распорядился, победив сопротивление опекуна, заслужив анафему от братьев и достигнув того, что мужья запретили его сестрам произносить его имя; потом скитался по России разными манерами: и сухим путем, и водою, и тем и другою по
обыкновенному и по необыкновенному, — например, и пешком, и на расшивах, и на косных лодках, имел много приключений, которые все сам устраивал себе; между прочим, отвез двух человек в казанский, пятерых — в московский университет, — это
были его стипендиаты, а в Петербург, где сам хотел жить, не привез никого, и потому никто из нас не знал, что у него не 400, а 3 000 р. дохода.
Но если никому из петербургских знакомых Рахметова не
были известны его родственные и денежные отношения, зато все, кто его знал, знали его под двумя прозвищами; одно из них уже попадалось в этом рассказе — «ригорист»; его он принимал с
обыкновенною своею легкою улыбкою мрачноватого удовольствия.
Рахметов в 16 лет, когда приехал в Петербург,
был с этой стороны
обыкновенным юношею довольно высокого роста, довольно крепким, но далеко не замечательным по силе: из десяти встречных его сверстников, наверное, двое сладили бы с ним.
Узнав такую историю, все вспомнили, что в то время, месяца полтора или два, а, может
быть, и больше, Рахметов
был мрачноватее
обыкновенного, не приходил в азарт против себя, сколько бы ни кололи ему глаза его гнусною слабостью, то
есть сигарами, и не улыбался широко и сладко, когда ему льстили именем Никитушки Ломова.
Если бы вы и он, оба, или хоть один из вас,
были люди не развитые, не деликатные или дурные, оно развилось бы в
обыкновенную свою форму — вражда между мужем и женою, вы бы грызлись между собою, если бы оба
были дурны, или один из вас грыз бы другого, а другой
был бы сгрызаем, — во всяком случае,
была бы семейная каторга, которою мы и любуемся в большей части супружеств; она, конечно, не помешала бы развиться и любви к другому, но главная штука
была бы в ней, в каторге, в грызении друг друга.
Такими
обыкновенными людьми я их считаю, сами они считают себя, считают их все знакомые, то
есть такие же люди, как они.
Но эти люди, которые
будут с самого начала рассказа думать про моих Веру Павловну, Кирсанова, Лопухова: «ну да, это наши добрые знакомые, простые
обыкновенные люди, как мы», — люди, которые
будут так думать о моих главных действующих лицах, все-таки еще составляют меньшинство публики.
Надобно на той же картинке нарисовать хоть маленький уголок дворца; он по этому уголку увидит, что дворец — это, должно
быть, штука совсем уж не того масштаба, как строение, изображенное на картинке, и что это строение, действительно, должно
быть не больше, как простой,
обыкновенный дом, в каких, или даже получше, всем следовало бы жить.
Есть несколько дам и в нашем платье, но видно, что они оделись так для разнообразия, для шутки; да, они дурачатся, шутят над своим костюмом; на других другие, самые разнообразные костюмы разных восточных и южных покроев, все они грациознее нашего; но преобладает костюм, похожий на тот, какой носили гречанки в изящнейшее время Афин — очень легкий и свободный, и на мужчинах тоже широкое, длинное платье без талии, что-то вроде мантий, иматиев; видно, что это
обыкновенный домашний костюм их, как это платье скромно и прекрасно!
Я очень довольна, что эти впечатления
были тогда записаны мною: теперь я и забыла бы упомянуть о многом, что поразило меня тогда, а нынче, только через две недели, уже кажется самым
обыкновенным делом, которое иначе и не должно
быть.
Я тут же познакомилась с некоторыми из девушек; Вера Павловна сказала цель моего посещения: степень их развития
была неодинакова; одни говорили уже совершенно языком образованного общества,
были знакомы с литературою, как наши барышни, имели порядочные понятия и об истории, и о чужих землях, и обо всем, что составляет
обыкновенный круг понятий барышень в нашем обществе; две
были даже очень начитаны.
— Знаю, — сказал Бьюмонт, и началась
обыкновенная сцена, какой следует
быть между женихом и невестою, с объятиями.
Неточные совпадения
А может
быть и то: поэта //
Обыкновенный ждал удел. // Прошли бы юношества лета: // В нем пыл души бы охладел. // Во многом он бы изменился, // Расстался б с музами, женился, // В деревне, счастлив и рогат, // Носил бы стеганый халат; // Узнал бы жизнь на самом деле, // Подагру б в сорок лет имел, //
Пил,
ел, скучал, толстел, хирел. // И наконец в своей постеле // Скончался б посреди детей, // Плаксивых баб и лекарей.
Немного спустя принесли к нему, точно, приглашенье на бал к губернатору, — дело весьма
обыкновенное в губернских городах: где губернатор, там и бал, иначе никак не
будет надлежащей любви и уважения со стороны дворянства.
Наконец Манилов поднял трубку с чубуком и поглядел снизу ему в лицо, стараясь высмотреть, не видно ли какой усмешки на губах его, не пошутил ли он; но ничего не
было видно такого, напротив, лицо даже казалось степеннее
обыкновенного; потом подумал, не спятил ли гость как-нибудь невзначай с ума, и со страхом посмотрел на него пристально; но глаза гостя
были совершенно ясны, не
было в них дикого, беспокойного огня, какой бегает в глазах сумасшедшего человека, все
было прилично и в порядке.
Всякий дом казался ей длиннее
обыкновенного; белая каменная богадельня с узенькими окнами тянулась нестерпимо долго, так что она наконец не вытерпела не сказать: «Проклятое строение, и конца нет!» Кучер уже два раза получал приказание: «Поскорее, поскорее, Андрюшка! ты сегодня несносно долго едешь!» Наконец цель
была достигнута.
Простая
обыкновенная мебель да рояль стоял в стороне, и тот покрыт
был пылью: как видно, хозяйка редко за него садилась.