Неточные совпадения
А через
два дня после того, как она уехала, приходил статский, только уже другой статский, и приводил с собою полицию, и много ругал Марью Алексевну; но Марья Алексевна сама ни
в одном
слове не уступала ему и все твердила: «я никаких ваших делов не знаю.
По денежным своим делам Лопухов принадлежал к тому очень малому меньшинству медицинских вольнослушающих, то есть не живущих на казенном содержании, студентов, которое не голодает и не холодает. Как и чем живет огромное большинство их — это богу, конечно, известно, а людям непостижимо. Но наш рассказ не хочет заниматься людьми, нуждающимися
в съестном продовольствии; потому он упомянет лишь
в двух — трех
словах о времени, когда Лопухов находился
в таком неприличном состоянии.
Третий результат
слов Марьи Алексевны был, разумеется, тот, что Верочка и Дмитрий Сергеич стали, с ее разрешения и поощрения, проводить вместе довольно много времени. Кончив урок часов
в восемь, Лопухов оставался у Розальских еще часа
два — три: игрывал
в карты с матерью семейства, отцом семейства и женихом; говорил с ними; играл на фортепьяно, а Верочка пела, или Верочка играла, а он слушал; иногда и разговаривал с Верочкою, и Марья Алексевна не мешала, не косилась, хотя, конечно, не оставляла без надзора.
А этот главный предмет, занимавший так мало места
в их не слишком частых длинных разговорах, и даже
в коротких разговорах занимавший тоже лишь незаметное место, этот предмет был не их чувство друг к другу, — нет, о чувстве они не говорили ни
слова после первых неопределенных
слов в первом их разговоре на праздничном вечере: им некогда было об этом толковать;
в две — три минуты, которые выбирались на обмен мыслями без боязни подслушивания, едва успевали они переговорить о другом предмете, который не оставлял им ни времени, ни охоты для объяснений
в чувствах, — это были хлопоты и раздумья о том, когда и как удастся Верочке избавиться от ее страшного положения.
Если наши интересы не связаны с поступками человека, его поступки,
в сущности, очень мало занимают нас, когда мы люди серьезные, исключая
двух случаев, которые, впрочем, кажутся исключениями из правила только людям, привыкшим понимать
слово «интерес»
в слишком узком смысле обыденного расчета.
На другой день, когда ехали
в оперу
в извозничьей карете (это ведь дешевле, чем
два извозчика), между другим разговором сказали несколько
слов и о Мерцаловых, у которых были накануне, похвалили их согласную жизнь, заметили, что это редкость; это говорили все,
в том числе Кирсанов сказал: «да,
в Мерцалове очень хорошо и то, что жена может свободно раскрывать ему свою душу», только и сказал Кирсанов, каждый из них троих думал сказать то же самое, но случилось сказать Кирсанову, однако, зачем он сказал это?
И действительно, он не навязывал: никак нельзя было спастись от того, чтоб он, когда находил это нужным, не высказал вам своего мнения настолько, чтобы вы могли понять, о чем и
в каком смысле он хочет говорить; но он делал это
в двух — трех
словах и потом спрашивал: «Теперь вы знаете, каково было бы содержание разговора; находите ли вы полезным иметь такой разговор?» Если вы сказали «нет», он кланялся и отходил.
В два часа ночи она еще ничего не предвидела, он выжидал, когда она, истомленная тревогою того утра, уж не могла долго противиться сну, вошел, сказал несколько
слов, и
в этих немногих
словах почти все было только непонятное предисловие к тому, что он хотел сказать, а что он хотел сказать,
в каких коротких
словах сказал он: «Я давно не видел своих стариков, — съезжу к ним; они будут рады» — только, и тотчас же ушел.
Эти
слова заменяют все прежние
слова, и думается час, и думается
два: «я не должна видеться с ним»; и как, когда они успели измениться, только уже изменились
в слова: «неужели я захочу увидеться с ним? — нет»; и когда она засыпает, эти
слова сделались уже
словами: «неужели же я увижусь с ним?» — только где ж ответ? когда он исчез?
И когда она просыпается поздно поутру, уж вместо всех прежних
слов все только борются
два слова с одним
словом: «не увижусь» — «увижусь» — и так идет все утро; забыто все, забыто все
в этой борьбе, и то
слово, которое побольше, все хочет удержать при себе маленькое
слово, так и хватается за него, так и держит его: «не увижусь»; а маленькое
слово все отбегает и пропадает, все отбегает и пропадает: «увижусь»; забыто все, забыто все,
в усилиях большего
слова удержать при себе маленькое, да, и оно удерживает его, и зовет на помощь себе другое маленькое
слово, чтобы некуда было отбежать этому прежнему маленькому
слову: «нет, не увижусь»… «нет, не увижусь», — да, теперь
два слова крепко держат между собою изменчивое самое маленькое
слово, некуда уйти ему от них, сжали они его между собою: «нет, не увижусь» — «нет, не увижусь»…
Однако же, как мы с проницательным читателем привязаны друг к другу. Он раз обругал меня, я
два раза выгнал его
в шею, а все-таки мы с ним не можем не обмениваться нашими задушевными
словами; тайное влечение сердец, что вы прикажете делать!
Неточные совпадения
Сажают прямо против Тани, // И, утренней луны бледней // И трепетней гонимой лани, // Она темнеющих очей // Не подымает: пышет бурно //
В ней страстный жар; ей душно, дурно; // Она приветствий
двух друзей // Не слышит, слезы из очей // Хотят уж капать; уж готова // Бедняжка
в обморок упасть; // Но воля и рассудка власть // Превозмогли. Она
два слова // Сквозь зубы молвила тишком // И усидела за столом.
Но ей нельзя. Нельзя? Но что же? // Да Ольга
слово уж дала // Онегину. О Боже, Боже! // Что слышит он? Она могла… // Возможно ль? Чуть лишь из пеленок, // Кокетка, ветреный ребенок! // Уж хитрость ведает она, // Уж изменять научена! // Не
в силах Ленский снесть удара; // Проказы женские кляня, // Выходит, требует коня // И скачет. Пистолетов пара, //
Две пули — больше ничего — // Вдруг разрешат судьбу его.
Но здесь с победою поздравим // Татьяну милую мою // И
в сторону свой путь направим, // Чтоб не забыть, о ком пою… // Да кстати, здесь о том
два слова: // Пою приятеля младого // И множество его причуд. // Благослови мой долгий труд, // О ты, эпическая муза! // И, верный посох мне вручив, // Не дай блуждать мне вкось и вкрив. // Довольно. С плеч долой обуза! // Я классицизму отдал честь: // Хоть поздно, а вступленье есть.
Полицеймейстер, точно, был чудотворец: как только услышал он,
в чем дело,
в ту ж минуту кликнул квартального, бойкого малого
в лакированных ботфортах, и, кажется, всего
два слова шепнул ему на ухо да прибавил только: «Понимаешь!» — а уж там,
в другой комнате,
в продолжение того времени, как гости резалися
в вист, появилась на столе белуга, осетры, семга, икра паюсная, икра свежепросольная, селедки, севрюжки, сыры, копченые языки и балыки, — это все было со стороны рыбного ряда.
Мне хочется, чтобы он был совершенным зверем!» Пошли смотреть пруд,
в котором, по
словам Ноздрева, водилась рыба такой величины, что
два человека с трудом вытаскивали штуку,
в чем, однако ж, родственник не преминул усомниться.