— Осел! подлец! убил! зарезал! Вот же тебе! — муж получил пощечину. — Вот же тебе! — другая пощечина. — Вот как тебя надобно учить, дурака! — Она схватила его за волоса и начала таскать. Урок продолжался немало времени, потому что Сторешников, после длинных пауз и назиданий матери, вбежавший в комнату, застал Марью Алексевну еще в полном жару преподавания.
Понимаешь ли ты, что если я люблю этого человека, а ты требуешь, чтоб я дал ему пощечину, которая и по — моему и по — твоему вздор, пустяки, — понимаешь ли, что если ты требуешь этого, я считаю тебя дураком и низким человеком, а если ты заставляешь меня сделать это, я убью тебя или себя, смотря по тому, чья жизнь менее нужна, — убью тебя или себя, а не сделаю этого?
Кроме мужчин, есть на свете женщины, которые тоже люди; кроме пощечины, есть другие вздоры, по — нашему с тобою и по правде вздоры, но которые тоже отнимают спокойствие жизни у людей.
Конечно, ты стала чуть повыше, голос стал погромче и ты вместо того, чтобы дать пощёчину нахалу, укравшему у тебя поцелуй, поджигаешь ему штаны с помощью колдовства.
Звонкая пощёчина заставила меня рассмеяться. Её глаза полыхнули от гнева. И тут она вырвалась. Ничего. Никуда она не денется.
Конечно, ты стала чуть повыше, голос стал погромче и ты вместо того, чтобы дать пощёчину нахалу, укравшему у тебя поцелуй, поджигаешь ему штаны с помощью колдовства.
Я даже не смею слова сказать, боюсь опять получить пощёчину.