Неточные совпадения
— Она! Как есть она! — вихрем проносилось в голове девочки. И
радостная слезинка повисла на ее реснице. За ней другая, третья… Выступили и покатились крупные градины их по заалевшемуся от волнения личику. Слезы мешали смотреть… Застилали туманом от Дуни милое зрелище родной
сердцу картины… Вот она подняла руку, чтобы смахнуть досадливые слезинки… и вдруг что-то задела локтем неловкая ручонка… Это «что-то» зашаталось, зашумело и с сухим треском поваленного дерева тяжело грохнулось на пол.
— Буду! — робко и смущенно прозвучал в ответ тихий Дунин голосок. И как-то легче и
радостнее становилось на
сердце одинокой девочки.
Прошла весна… Наступило пышное лето. Снова зазеленели ивы и березы в приютском саду… От Наташи с Кавказа приходили редкие письма… От них веяло тонким ароматом дорогих духов, от этих голубых и розовых листочков, и таким
радостным молодым счастьем, что невольный отблеск его загорался и в
сердцах приютских девочек.
Солнышко грело, птицы весело чирикали, небо голубело праздничное, радостное, красивое такое. Проснулась Мира, с веселым,
радостным сердцем проснулась.
Неточные совпадения
«Во поле береза стояла, во поле кудрявая стояла, ой люли, люли, люли, люли»… Хоровод молодых баб и девок — пляшут — подойдем поближе, — говорил я сам себе, развертывая найденные бумаги моего приятеля. Но я читал следующее. Не мог дойти до хоровода. Уши мои задернулись печалию, и
радостный глас нехитростного веселия до
сердца моего не проник. О мой друг! где бы ты ни был, внемли и суди.
Не забудьте тоже притчи Господни, преимущественно по Евангелию от Луки (так я делал), а потом из Деяний апостольских обращение Савла (это непременно, непременно!), а наконец, и из Четьи-Миней хотя бы житие Алексея человека Божия и великой из великих
радостной страдалицы, боговидицы и христоносицы матери Марии Египтяныни — и пронзишь ему
сердце его сими простыми сказаниями, и всего-то лишь час в неделю, невзирая на малое свое содержание, один часок.
Я не помнил себя, голова у меня кружилась, из глаз текли
радостные и вместе горькие слезы, а с ними на
сердце таял лед, и разрешался какой-то жизненный узел.
Вы усмехаетесь нелепости вашего сна и чувствуете в то же время, что в сплетении этих нелепостей заключается какая-то мысль, но мысль уже действительная, нечто принадлежащее к вашей настоящей жизни, нечто существующее и всегда существовавшее в вашем
сердце; вам как будто было сказано вашим сном что-то новое, пророческое, ожидаемое вами; впечатление ваше сильно, оно
радостное или мучительное, но в чем оно заключается и что было сказано вам — всего этого вы не можете ни понять, ни припомнить.
«Люди же,
радостные и полные надежд, не заметили смерти его и не видали, что еще пылает рядом с трупом Данко его смелое
сердце. Только один осторожный человек заметил это и, боясь чего-то, наступил на гордое
сердце ногой… И вот оно, рассыпавшись в искры, угасло…»