Неточные совпадения
Третий день нашего путешествия. Мы находимся за несколько десятков верст от
аула Бестуди. Природа совершенно изменилась. Развесистые чинары и каштаны
больше не попадаются на пути. Их сменили цепкие кусты карачага и архани. Горы здесь — просто голые скалы. Со всех сторон грозными привидениями обступают нас горы. Кажется, еще немного, и они, соединившись в сплошное тесное кольцо, раздавят нас.
После Абдулы оглы-Радома, одного из знатнейших молодых беков
аула, вышел юноша Селим,
большой весельчак и отчаяннейший во всем Бестуди сорви-голова, насмешник и задира, которого недолюбливали за острый не в меру язык.
Нальчик, столицу Кабарды, мы незаметно миновали поздно вечером. Проехали мимо лежащего рядом с Нальчиком
Большого аула, где для местных князей светил огнями и гремел шумом тамаши, и заночевали в отдельной легкой постройке, кунацкой, на широких низких скамьях, обитых коврами. Огня не зажигали и перед рассветом выехали в путь, в страшное ущелье, которое перед нами зияло.
В
большом ауле, под горою, // Близ саклей дымных и простых, // Черкесы позднею порою // Сидят — о конях удалых // Заводят речь, о метких стрелах, // О разоренных ими селах; // И с ними как дрался казак, // И как на русских нападали, // Как их пленили, побеждали. // Курят беспечно свой табак, // И дым, виясь, летит над ними, // Иль, стукнув шашками своими, // Песнь горцев громко запоют.
Еще в самом начале, около
Большого аула, где мы ночевали, были еще кое-какие признаки дороги, а потом уж мы четверо, один за другим, лепимся, через камни и трещины, по естественным карнизам, половиной тела вися над бездной, то балансируем на голых стремнинах, то продираемся среди цветущих рододендронов и всяких кустарников, а над нами висят и грабы, и дубы, и сосны, и под нами ревет и грохочет Черек, все ниже и ниже углубляясь, по мере того как мы поднимаемся.
Неточные совпадения
Из крепости видны были те же горы, что из
аула, — а этим дикарям
больше ничего не надобно.
На турьей охоте с нами был горец, который обратил мое внимание: ну совсем Аммалат-бек из романа Марлинского или лермонтовский Казбич. Или, скорее, смесь того и другого. Видно только, что среди горцев он особа важная — стрелок и джигит удивительный, шашка, кинжал и газыри в золоте. На тамаши в глухом горном
ауле, где была нам устроена охота, горцы на него смотрели с каким-то обожанием, держались почтительно и сами не начинали разговоров, и он
больше молчал.
А в Кабарде у Бокова знакомства
большие, таскают нас как дорогих гостей из
аула в
аул, устраивают охоты, тамаши. Побывали даже в урусбнях на Эльбрусе, турью охоту горцы нам устроили.
Еще немного — и миновав Беджит с его
большими и богатыми саклями и высокою мечетью, мы выехали в лесистую долину и стали снова подниматься к
аулу Бестуди, прилепившемуся своими саклями к горным склонам.
И, не дожидаясь моего ответа, Бэлла, ловкая и быстрая, как кошка, стала спускаться по крутой лестнице. Через минуту мы уже прильнули к окну кунацкой… Там было много народу, все седые
большею частью, важные лезгины. Был тут и старый бек — наиб
аула, встретивший нас по приезде. Между всеми этими старыми, убеленными мудрыми сединами людьми, ярко выделялся стройный и тоненький, совсем юный, почти ребенок, джигит.