Неточные совпадения
— Ну, был один
молодой человек. Нет, был один старик, и у него была дочь. Нет, я лучше стихами скажу.
Цыгане шумною толпой — По Бессарабии кочуют — Они сегодня над рекой — В шатрах изодранных ночуют — Как вольность весел их ночлег — и так далее — без передышки и без серединных запятых — до: звон походной наковальни, которую, может быть, принимаю за музыкальный инструмент, а может быть, просто — принимаю.
— Со стариком — ничего, у него
молодая жена Мариула, которая от него ушла с
цыганом, и эта, тоже, Земфира — ушла. Сначала все пела: «Старый муж, грозный муж! Не боюсь я тебя!» — это она про него, про отца своего, пела, а потом ушла и села с
цыганом на могилу, а Алеко спал и страшно хрипел, а потом встал и тоже пошел на могилу, и потом зарезал
цыгана ножом, а Земфира упала и тоже умерла.
Неточные совпадения
— А что, князь, сегодня вечером к
цыганам? — поспешно подхватил сконфуженный
молодой человек. — Стешка петь будет… Ильюшка…
Рядом с
цыганом присел к земле солдат, разговаривая с арестанткой, потом стоял, прильнув к сетке,
молодой с светлой бородой мужичок в лаптях с раскрасневшимся лицом, очевидно с трудом сдерживающий слезы.
Можно себе представить стройное trio, составленное из отца — игрока и страстного охотника до лошадей,
цыган, шума, пиров, скачек и бегов, дочери, воспитанной в совершенной независимости, привыкшей делать что хотелось, в доме, и ученой девы, вдруг сделавшейся из пожилых наставниц
молодой супругой.
— А не пойдешь, так сиди в девках. Ты знаешь ли, старик-то что значит? Молодой-то пожил с тобой — и пропал по гостям, да по клубам, да по
цыганам. А старик дома сидеть будет, не надышится на тебя! И наряды и уборы… всем на свете для
молодой жены пожертвовать готов!
Между тем, в ожидании свадьбы Кульковского, на которой и
цыгане должны были действовать в числе трехсот разноплеменных гостей (надобно пояснить себе, что происшествия, нами рассказанные с начала романа, случились в течение двух-трех недель), товарищ Мариулы коновалил, торговал лошадьми, вставлял им зубы, слепых делал зрячими, старых
молодыми и, где удавалось, не клал охулки на руку.