Г-жа Простакова. Ты же еще, старая ведьма, и разревелась. Поди, накорми их с собою, а после обеда тотчас опять сюда. (К Митрофану.) Пойдем со мною, Митрофанушка. Я тебя из глаз теперь не выпущу. Как скажу я тебе нещечко, так пожить на свете слюбится. Не век тебе, моему другу, не век тебе учиться. Ты, благодаря Бога, столько уже смыслишь, что и сам взведешь деточек. (К Еремеевне.) С братцем переведаюсь не по-твоему. Пусть же все добрые люди увидят, что мама и что мать родная. (Отходит с Митрофаном.)
Г-жа Простакова. Старинные люди, мой отец! Не нынешний был век. Нас ничему не учили. Бывало, добры люди приступят к батюшке, ублажают, ублажают, чтоб хоть братца отдать в школу. К статью ли, покойник-свет и руками и ногами, Царство ему Небесное! Бывало, изволит закричать: прокляну ребенка, который что-нибудь переймет у басурманов, и не будь тот Скотинин, кто чему-нибудь учиться захочет.
В этой мере начальства кроется глубокий расчет — и уже зародыш не Европы в Азии, а русский, самобытный пример цивилизации, которому не худо бы поучиться некоторым европейским судам, плавающим от Ост-Индии до Китая и обратно.
Другой, беспокойный и сварник, — сходит к мирянам и примирится и вообще поочистится в своем поведении, а иной, давно отупевший и все позабывший, возьмется за ум и поучится, как отвечать на вопросы владыки, а от того сделается опытнее.
И мои мысли подтвердились, что книга написана понятным и доступным языком и для тех, кто уже знаком, но есть чему ещё поучиться, и для тех, кто слышит про неё впервые.
Теперь, слава богу, аэроклуб существует, и всякий интересующийся делом знает, куда ему идти, где он найдёт сочувствие, где может поучиться или сообщать свои мысли другим.
Учитель говорил, что у верблюдов стоит поучиться спокойствию и невозмутимости.
И мои мысли подтвердились, что книга написана понятным и доступным языком и для тех, кто уже знаком, но есть чему ещё поучиться, и для тех, кто слышит про неё впервые.
Теперь, слава богу, аэроклуб существует, и всякий интересующийся делом знает, куда ему идти, где он найдёт сочувствие, где может поучиться или сообщать свои мысли другим.