Неточные совпадения
— Пожалуйста, Марья Ивановна, погадайте мне! — говорили все, но, конечно, прежде всех гадали барышни. Выходили восковые
горы, кустарники, леса и даже островерхие готические
здания. Все это давало повод к многоразличным толкованиям и пророчествам. Настала очередь Камиллы. Не успел воск вылиться в воду, как все, в том числе и я, единогласно воскликнули...
Неточные совпадения
Калиныч от него не отставал; но Калиныча более трогали описания природы,
гор, водопадов, необыкновенных
зданий, больших городов;
В глубине двора возвышалось длинное, ушедшее в землю кирпичное
здание, оно было или хотело быть двухэтажным, но две трети второго этажа сломаны или не достроены. Двери, широкие, точно ворота, придавали нижнему этажу сходство с конюшней; в остатке верхнего тускло светились два окна, а под ними, в нижнем, квадратное окно пылало так ярко, как будто за стеклом его
горел костер.
В шесть часов вечера все народонаселение высыпает на улицу, по взморью, по бульвару. Появляются пешие, верховые офицеры, негоцианты, дамы. На лугу, близ дома губернатора, играет музыка. Недалеко оттуда, на
горе, в каменном доме, живет генерал, командующий здешним отрядом, и тут же близко помещается в
здании, вроде монастыря, итальянский епископ с несколькими монахами.
Потомки этого графа давно уже оставили жилище предков. Большая часть дукатов и всяких сокровищ, от которых прежде ломились сундуки графов, перешла за мост, в еврейские лачуги, и последние представители славного рода выстроили себе прозаическое белое
здание на
горе, подальше от города. Там протекало их скучное, но все же торжественное существование в презрительно-величавом уединении.
Пока длилась отчаянная борьба, при звуках святой песни гугенотов и святой «Марсельезы», пока костры
горели и кровь лилась, этого неравенства не замечали; но наконец тяжелое
здание феодальной монархии рухнулось, долго ломали стены, отбивали замки… еще удар — еще пролом сделан, храбрые вперед, вороты отперты — и толпа хлынула, только не та, которую ждали.