Однажды я только что сошел с качелей, на которых попавшая за мною на очередь горничная кричала благим матом отчасти от страха высоких размахов, отчасти от чувствительных ударов, наносимых ей по поясу веревкою игривых качальщиков. Такие удары назывались «напупчиками» или «огурчиками». В толпу ожидающих очереди прибежала горничная и сказала мне: «Мамаша приказала вас звать в хоромы; приехала новая тетенька».
Напротив этой церкви некогда красовались обширные господские хоромы, окруженные разными пристройками, службами, мастерскими, конюшнями, грунтовыми и каретными сараями, банями и временными кухнями, флигелями для гостей и для управляющих, цветочными оранжереями, качелями для народа и другими, более или менее полезными, зданиями.
Она стала как будто уединяться, и осенью, когда уже с деревьев сыпались листья, не позволяла снять качель и своего гамака, в котором она всегда любила лежать и качаться, как индианка.
Ни капусты, ни бумажки с ручкой у нас с собой нет, так что мы ещё некоторое время таращимся на оленей, потом качаемся на установленных рядом детских качелях и вскоре идём дальше.
Ни капусты, ни бумажки с ручкой у нас с собой нет, так что мы ещё некоторое время таращимся на оленей, потом качаемся на установленных рядом детских качелях и вскоре идём дальше.
Широкая деревянная лестница вела на просторную веранду со стульями-качалками, столиками и большими деревянными качелями, подвешенными к потолку.
Устроилась на скрипучих качелях и подставила солнышку раскрасневшееся лицо.