В первую же ночь после приезда дяди Егора они оба — отец и сын — заперлись в
отведенной ему комнате и долго беседовали вполголоса; на другое утро я заметил, что дядя как-то особенно ласково и доверчиво посматривал на своего сына: очень он им казался доволен.