29-е декабря. Начинаю заурчать, что и здешнее городничество не
благоволит ко мне, а за что — сего отгадать не в силах. Предположил устроить у себя в доме на Святках вечерние собеседования с раскольниками, но сие вдруг стало известно в губернии и сочтено там за непозволительное, и за сие усердствование дано мне замечание. Не инако думаю, как городничему поручен за мною особый надзор. Наилучше к сему, однако, пока шуточно относиться; но окропил себя святою водой от врага и соглядатая.
Платонов. Сначала вы как будто
благоволили ко мне, удостаивали меня своим благовниманием, а теперь и видеть меня не хотите! Я в одну комнату — вы в другую, я в сад — вы из сада, я начинаю говорить с вами, вы отнекиваетесь или говорите сухое, знойное «да» и уходите… Наши отношения превратились в какое-то недоумение… Виноват я? Противен? (Встает.) Вины я за собой никакой не чувствую. Потрудитесь сейчас же вывести меня из этого институтски-глупого положения! Выносить его долее я не намерен!
Декабря 29. Начинаю замечать, что городничество не
благоволит ко мне, а за что, сего отгадать не в силах. Предположил устроить у себя в доме на святках вечерние собеседования с раскольниками; но сие вдруг стало известно в губернии и сочтено за непозволительное, и дано мне замечание. Не инако думаю, как городничему поручен за мною особый надзор. Наилучшее к сему шуточно относиться.
Неточные совпадения
Ко мне она тоже
благоволила и в «фантах», когда приходилось, целовала без жеманства и несколько охотнее, чем это делается в игре «по приговору».
— Вот и в вашем доме, — продолжал он, — матушка ваша, конечно,
ко мне благоволит — она такая добрая; вы… впрочем,
я не знаю вашего мнения обо
мне; зато ваша тетушка просто
меня терпеть не может.
Я ее тоже, должно быть, обидел каким-нибудь необдуманным, глупым словом. Ведь она
меня не любит, не правда ли?
Бабушка же и тетушка
ко мне не очень
благоволили, а сестрицу мою любили; они напевали ей в уши, что она нелюбимая дочь, что мать глядит
мне в глаза и делает все, что
мне угодно, что «братец — все, а она — ничего»; но все такие вредные внушения не производили никакого впечатления на любящее сердце моей сестры, и никакое чувство зависти или негодования и на одну минуту никогда не омрачали светлую доброту ее прекрасной души.
Во-первых,
я каждый месяц посылаю становому четыре воза сена, две четверти овса и куль муки, — следовательно, служу; во-вторых,
я ежегодно жертвую десять целковых на покупку учебных пособий для уездного училища, — следовательно, служу; в-третьих,
я ежегодно кормлю крутогорское начальство, когда оно
благоволит заезжать
ко мне по случаю ревизии, — следовательно, служу; в-четвертых,
я никогда не позволяю себе сказать господину исправнику, когда он взял взятку, что он взятки этой не взял, — следовательно, служу; в-пятых… но как могу
я объяснить в подробности все манеры, которыми
я служу?
Таким
я припоминаю вербного купидона. Он имел для
меня свое серьезное значение. С тех пор при каких бы то ни было упованиях на что бы то ни было свыше у
меня в крови пробегает трепет и
мне представляется вечно он, вербный купидон, спускающийся
ко мне с березовой розгой, и он
меня сек, да-с, он много и страшно сек
меня и…
я опасаюсь, как бы еще раз не высек… Нечего, господа, улыбаться, —
я рассказываю вам историю очень серьезную, и вы только
благоволите в нее вникнуть.