Неточные совпадения
«Вот
ты опять учись, — промолвил Харлов, —
вишь, отцы-то наши в какой хороминке жили; а теперь я вона какие палаты себе соорудил».
— Евлампия-то? Хуже Анны! Вся, как есть, совсем в Володькины руки отдалась. По той причине она и вашему солдату-то отказала. По его, по Володькину, приказу. Анне — видимое дело — следовало бы обидеться, да она и терпеть сестры не может, а покоряется! Околдовал, проклятый! Да ей же, Анне,
вишь, думать приятно, что вот, мол,
ты, Евлампия, какая всегда была гордая, а теперь вон что из
тебя стало!.. О… ох, ох! Боже мой, боже!
Ты посмотри лучше на своего Володьку:
вишь, какой красавчик выискался!
— Полно, отец, — говорила меж тем Евлампия, и голос ее стал как-то чудно ласков, — не поминай прошлого. Ну, поверь же мне;
ты всегда мне верил. Ну, сойди; приди ко мне в светелку, на мою постель мягкую. Я обсушу
тебя да согрею; раны твои перевяжу,
вишь,
ты руки себе ободрал. Будешь
ты жить у меня, как у Христа за пазухой, кушать сладко, а спать еще слаще того. Ну, были виноваты! ну, зазнались, согрешили; ну, прости!
Всю дорогу он был весел необыкновенно, посвистывал, наигрывал губами, приставивши ко рту кулак, как будто играл на трубе, и наконец затянул какую-то песню, до такой степени необыкновенную, что сам Селифан слушал, слушал и потом, покачав слегка головой, сказал: «
Вишь ты, как барин поет!» Были уже густые сумерки, когда подъехали они к городу.
Неточные совпадения
—
Тебя бы, может, ухватил и его барин, — отвечал ему кучер, указывая на Захара, —
вишь, у те войлок какой на голове! А за что он ухватит Захара-то Трофимыча? Голова-то словно тыква… Разве вот за эти две бороды-то, что на скулах-то, поймает: ну, там есть за что!..
— Полно, не распечатывай, Илья Иваныч, — с боязнью остановила его жена, — кто его знает, какое оно там письмо-то? может быть, еще страшное, беда какая-нибудь.
Вишь, ведь народ-то нынче какой стал! Завтра или послезавтра успеешь — не уйдет оно от
тебя.
— А вот как я скажу барину-то, — начал он с яростью хрипеть на кучера, — так он найдет, за что и
тебя ухватить: он
тебе бороду-то выгладит:
вишь, она у
тебя в сосульках вся!
— Знаешь
ты дрыхнуть! — говорил Захар, уверенный, что барин не слышит. —
Вишь, дрыхнет, словно чурбан осиновый! Зачем
ты на свет-то Божий родился?
— А я говорил
тебе, чтоб
ты купил других, заграничных? Вот как
ты помнишь, что
тебе говорят! Смотри же, чтоб к следующей субботе непременно было, а то долго не приду.
Вишь, ведь какая дрянь! — продолжал он, закурив сигару и пустив одно облако дыма на воздух, а другое втянув в себя. — Курить нельзя.