Неточные совпадения
Неведомые, прекрасные, раскрывались они перед ее внимательным взором; со страниц книги, которую Рудин держал в руках, дивные образы, новые, светлые мысли так и лились звенящими струями ей в душу, и в сердце ее, потрясенном благородной радостью великих ощущений, тихо
вспыхивала и разгоралась святая искра
восторга…
Какой-то малыш, отпросившийся с урока в соседнем классе, пробегает мимо нашей двери, заглядывает в нее, и глаза его
вспыхивают восторгом. Он поделится новостью в своем классе… За ним выбежит другой… В несколько минут узнает уже вся гимназия…
А с Бенковским произошло что-то странное. Когда Елизавета Сергеевна заговорила, — его лицо
вспыхнуло восторгом и, бледнея с каждым её словом, выражало уже нечто близкое к ужасу в тот момент, когда она поставила свой вопрос. Он хотел что-то ответить ей, его губы нервно вздрагивали, но слова не сходили с них. Она же, великолепная в своём спокойствии, следила за игрой его лица, и, должно быть, ей нравилось видеть действие своих слов на нём, в глазах её сверкало удовольствие.
Неточные совпадения
Валек, вообще очень солидный и внушавший мне уважение своими манерами взрослого человека, принимал эти приношения просто и по большей части откладывал куда-нибудь, приберегая для сестры, но Маруся всякий раз всплескивала ручонками, и глаза ее загорались огоньком
восторга; бледное лицо девочки
вспыхивало румянцем, она смеялась, и этот смех нашей маленькой приятельницы отдавался в наших сердцах, вознаграждая за конфеты, которые мы жертвовали в ее пользу.
Стыдливым румянцем подернулось оживленное радостью личико,
восторгом вспыхнули очи, но вдруг застенчиво поникли…
Но вот задымилось в отверстии плахи, вот
вспыхнул огонек, и просиявшая
восторгом девочка в строгом молчанье бережно подносит к нему лучину…
Юлия
вспыхнула даже вся от
восторга.
Хохол заметно изменился. У него осунулось лицо и отяжелели веки, опустившись на выпуклые глаза, полузакрывая их. Тонкая морщина легла на лице его от ноздрей к углам губ. Он стал меньше говорить о вещах и делах обычных, но все чаще
вспыхивал и, впадая в хмельной и опьянявший всех
восторг, говорил о будущем — о прекрасном, светлом празднике торжества свободы и разума.