Я не раз хаживал туда смотреть, как десяток худых и взъерошенных мальчишек в засаленных халатах и с испитыми лицами то и дело вскакивали на деревянные рычаги, нажимавшие четырехугольные обрубки пресса, и таким образом тяжестью своих тщедушных тел вытискивали пестрые узоры обоев.
Сны выходили либо неинтересные (Беловзоров видел во сне, что накормил свою лошадь карасями и что у ней была деревянная голова), либо неестественные, сочиненные.
Я не отвечал ему; он попросил у меня табаку. Чтобы отвязаться от него (к тому же нетерпение меня мучило), я сделал несколько шагов к тому направлению, куда удалился отец; потом прошел переулочек до конца, повернул за угол и остановился. На улице, в сорока шагах от меня, пред раскрытым окном деревянного домика, спиной ко мне стоял мой отец; он опирался грудью на оконницу, а в домике, до половины скрытая занавеской, сидела женщина в темном платье и разговаривала с отцом; эта женщина была Зинаида.
Перед портретом, почти во всю ширину зала вытянулся стол, покрытый зеленым сукном, направо у стены стояли за решеткой две деревянные скамьи, налево — два ряда малиновых кресел.
Помимо сундука, здесь имелись также продавленный матрас, старый деревянный стол с двумя стульями, помятый газовый фонарь, камин, в котором дымились поленья, груды немытых кастрюль, сковородок, кружек, тарелок и мисок.
На одном из холмов стоял большой деревянный дом, на крыше которого восседала вырезанная из дерева жаба.
Извинившись, он пожал плечами и со скрипом открыл небольшую деревянную дверь, выкрашенную в бирюзовый цвет.
Помимо сундука, здесь имелись также продавленный матрас, старый деревянный стол с двумя стульями, помятый газовый фонарь, камин, в котором дымились поленья, груды немытых кастрюль, сковородок, кружек, тарелок и мисок.