— Несчастный! — возопил Павел Петрович; он решительно не
был в состоянии крепиться долее, — хоть бы ты подумал, что в России ты поддерживаешь твоею пошлою сентенцией!
Неточные совпадения
Николай Петрович объяснил ему
в коротких словах свое душевное
состояние и удалился. Павел Петрович дошел до конца сада, и тоже задумался, и тоже поднял глаза к небу. Но
в его прекрасных темных глазах не отразилось ничего, кроме света звезд. Он не
был рожден романтиком, и не умела мечтать его щегольски-сухая и страстная, на французский лад мизантропическая [Мизантропический — нелюдимый, человеконенавистнический.] душа…
— Поверите ли, — продолжал он, — что, когда при мне Евгений Васильевич
в первый раз сказал, что не должно признавать авторитетов, я почувствовал такой восторг… словно прозрел! «Вот, — подумал я, — наконец нашел я человека!» Кстати, Евгений Васильевич, вам непременно надобно сходить к одной здешней даме, которая совершенно
в состоянии понять вас и для которой ваше посещение
будет настоящим праздником; вы, я думаю, слыхали о ней?
Ни одна из них не
была бы
в состоянии понять нашу беседу; ни одна из них не стоит того, чтобы мы, серьезные мужчины, говорили о ней!
Анна Сергеевна Одинцова родилась от Сергея Николаевича Локтева, известного красавца, афериста и игрока, который, продержавшись и прошумев лет пятнадцать
в Петербурге и
в Москве, кончил тем, что проигрался
в прах и принужден
был поселиться
в деревне, где, впрочем, скоро умер, оставив крошечное
состояние двум своим дочерям, Анне — двадцати и Катерине — двенадцати лет.
— Нет,
есть: как между больным и здоровым. Легкие у чахоточного не
в том положении, как у нас с вами, хоть устроены одинаково. Мы приблизительно знаем, отчего происходят телесные недуги; а нравственные болезни происходят от дурного воспитания, от всяких пустяков, которыми сызмала набивают людские головы, от безобразного
состояния общества, одним словом. Исправьте общество, и болезней не
будет.
Как полусонный, бродил он без цели по городу, не
будучи в состоянии решить, он ли сошел с ума, чиновники ли потеряли голову, во сне ли все это делается или наяву заварилась дурь почище сна.
Без сомнения, он никогда не
будет в состоянии возвратить ей своего уважения; но не было и не могло быть никаких причин ему расстроивать свою жизнь и страдать вследствие того, что она была дурная и неверная жена.
— И между тем, — продолжал он с жаром, — я бы не желал внушить вам дурное мнение о покойнице. Сохрани Бог! Это было существо благороднейшее, добрейшее, существо любящее и способное на всякие жертвы, хотя я должен, между нами, сознаться, что если бы я не имел несчастия ее лишиться, я бы, вероятно, не
был в состоянии разговаривать сегодня с вами, ибо еще до сих пор цела балка в грунтовом моем сарае, на которой я неоднократно собирался повеситься!
Владимир Петрович Лютов
был в состоянии тяжкого похмелья, шел он неестественно выпрямясь, как солдат, но покачивался, толкал встречных, нагловато улыбался женщинам и, схватив Клима под руку, крепко прижав ее к своему боку, говорил довольно громко:
Неточные совпадения
Расстроено оно
было скотскими падежами, плутами приказчиками, неурожаями, повальными болезнями, истребившими лучших работников, и, наконец, бестолковьем самого помещика, убиравшего себе
в Москве дом
в последнем вкусе и убившего на эту уборку все
состояние свое до последней копейки, так что уж не на что
было есть.
Бедный князь
был в самом расстроенном
состоянии духа.
Казалось, как бы и самые финансы не
были в завидном
состоянии.
Он
был бледный, убитый,
в том бесчувственно-страшном
состоянии,
в каком бывает человек, видящий перед собою черную, неотвратимую смерть, это страшилище, противное естеству нашему…
Почему казалось мужчинам, что
в них заключалось скверное и нехорошее, сию минуту узнаем:
в губернию назначен
был новый генерал-губернатор — событие, как известно, приводящее чиновников
в тревожное
состояние: пойдут переборки, распеканья, взбутетениванья и всякие должностные похлебки, которыми угощает начальник своих подчиненных.