Цитаты со словом «ли»
— Так как же, Аркадий, — заговорил опять Николай Петрович, оборачиваясь к сыну, — сейчас закладывать лошадей, что
ли? Или вы отдохнуть хотите?
— Куда это они едут, в город, что
ли?
— Не помню, писал
ли я тебе, — начал Николай Петрович, — твоя бывшая нянюшка, Егоровна, скончалась.
— Теперь уж недалеко, — заметил Николай Петрович, — вот стоит только на эту горку подняться, и дом будет виден. Мы заживем с тобой на славу, Аркаша; ты мне помогать будешь по хозяйству, если только это тебе не наскучит. Нам надобно теперь тесно сойтись друг с другом, узнать друг друга хорошенько, не правда
ли?
— Да, да, пожалуйста. Но не пройдете
ли вы сперва в вашу комнату, Евгений Васильич?
— Архаическое явление! А отец у тебя славный малый. Стихи он напрасно читает и в хозяйстве вряд
ли смыслит, но он добряк.
— Заметил
ли ты, что он робеет?
— Ты мне даешь смелость спросить тебя… Не оттого
ли Фен… не оттого ли она не приходит сюда чай разливать, что я здесь?
— Напрасно ж она стыдится. Во-первых, тебе известен мой образ мыслей (Аркадию очень было приятно произнести эти слова), а во-вторых — захочу
ли я хоть на волос стеснять твою жизнь, твои привычки? Притом, я уверен, ты не мог сделать дурной выбор; если ты позволил ей жить с тобой под одною кровлей, стало быть она это заслуживает: во всяком случае, сын отцу не судья, и в особенности я, и в особенности такому отцу, который, как ты, никогда и ни в чем не стеснял моей свободы.
Но Аркадий уже не слушал его и убежал с террасы. Николай Петрович посмотрел ему вслед и в смущенье опустился на стул. Сердце его забилось… Представилась
ли ему в это мгновение неизбежная странность будущих отношений между им и сыном, сознавал ли он, что едва ли не большее бы уважение оказал ему Аркадий, если б он вовсе не касался этого дела, упрекал ли он самого себя в слабости — сказать трудно; все эти чувства были в нем, но в виде ощущений — и то неясных; а с лица не сходила краска, и сердце билось.
Еще прежние туда-сюда; тогда у них были — ну, там Шиллер, [Шиллер Фридрих (1759–1805) — великий немецкий поэт, автор пьес «Коварство и любовь», «Разбойники» и др.] что
ли, Гётте [Гетте — искаженное произношение имени Вольфганга Гёте (1749–1832) — великого немецкого поэта и философа; друг Шиллера.
— Я? — спросила она и медленно подняла на него свой загадочный взгляд. — Знаете
ли, что это очень лестно? — прибавила она с незначительною усмешкой, а глаза глядели все так же странно.
— Вот видишь
ли, Евгений, — промолвил Аркадий, оканчивая свой рассказ, — как несправедливо ты судишь о дяде! Я уже не говорю о том, что он не раз выручал отца из беды, отдавал ему все свои деньги, — имение, ты, может быть, не знаешь, у них не разделено, — но он всякому рад помочь и, между прочим, всегда вступается за крестьян; правда, говоря с ними, он морщится и нюхает одеколон…
И в самом деле, есть
ли на свете что-нибудь пленительнее молодой красивой матери с здоровым ребенком на руках?
— Не восьмой
ли, Федосья Николаевна? — не без робости вмешалась Дуняша.
— Не был. Не перейти
ли мне во флигель, Николай Петрович?
— Я думаю, не лучше
ли будет на первое время.
«Уж не немка
ли здесь хозяйка?» — пришло ему на мысль; но хозяйкой оказалась русская, женщина лет пятидесяти, опрятно одетая, с благообразным умным лицом и степенною речью.
В одно утро Арина явилась к нему в кабинет и, по обыкновению низко поклонившись, спросила его, не может
ли он помочь ее дочке, которой искра из печки попала в глаз.
Захотел
ли он скрыть от самых стен, что у него происходило на лице, по другой ли какой причине, только он встал, отстегнул тяжелые занавески окон и опять бросился на диван.
— Какой ребенок чудесный! — продолжал Базаров. — Не беспокойтесь, я еще никого не сглазил. Что это у него щеки такие красные? Зубки, что
ли, прорезаются?
Зато Павел Петрович всеми силами души своей возненавидел Базарова: он считал его гордецом, нахалом, циником, плебеем; он подозревал, что Базаров не уважает его, что он едва
ли не презирает его — его, Павла Кирсанова!
— Это совершенно другой вопрос. Мне вовсе не приходится объяснять вам теперь, почему я сижу сложа руки, как вы изволите выражаться. Я хочу только сказать, что аристократизм — принсип, а без принсипов жить в наше время могут одни безнравственные или пустые люди. Я говорил это Аркадию на другой день его приезда и повторяю теперь вам. Не так
ли, Николай?
— Нужны
ли они или нет — не нам решать. Ведь и вы считаете себя не бесполезным.
— А потом мы догадались, что болтать, все только болтать о наших язвах не стоит труда, что это ведет только к пошлости и доктринерству; [Доктринерство — узкая, упрямая защита какого-либо учения (доктрины), даже если наука и жизнь противоречат ему.] мы увидали, что и умники наши, так называемые передовые люди и обличители, никуда не годятся, что мы занимаемся вздором, толкуем о каком-то искусстве, бессознательном творчестве, о парламентаризме, об адвокатуре и черт знает о чем, когда дело идет о насущном хлебе, когда грубейшее суеверие нас душит, когда все наши акционерные общества лопаются единственно оттого, что оказывается недостаток в честных людях, когда самая свобода, о которой хлопочет правительство, едва
ли пойдет нам впрок, потому что мужик наш рад самого себя обокрасть, чтобы только напиться дурману в кабаке.
— Так вот как! — промолвил он странно спокойным голосом. — Нигилизм всему горю помочь должен, и вы, вы наши избавители и герои. Но за что же вы других-то, хоть бы тех же обличителей, честите? Не так же
ли вы болтаете, как и все?
— Так что ж? вы действуете, что
ли? Собираетесь действовать?
По-вашему, они молодцы, не правда
ли?
— И этот вопрос, я полагаю, лучше для вас же самих не разбирать в подробности. Вы, чай, слыхали о снохачах? Послушайте меня, Павел Петрович, дайте себе денька два сроку, сразу вы едва
ли что-нибудь найдете. Переберите все наши сословия да подумайте хорошенько над каждым, а мы пока с Аркадием будем…
Не в том
ли состоит это преимущество, что в них меньше следов барства, чем в нас?»
Давно
ли он так же мечтал, поджидая сына на постоялом дворике, а с тех пор уже произошла перемена, уже определились, тогда еще неясные, отношения… и как!
— Знаешь
ли что? — говорил в ту же ночь Базаров Аркадию. — Мне в голову пришла великолепная мысль. Твой отец сказывал сегодня, что он получил приглашение от этого вашего знатного родственника. Твой отец не поедет; махнем-ка мы с тобой в ***; ведь этот господин и тебя зовет. Вишь, какая сделалась здесь погода; а мы прокатимся, город посмотрим. Поболтаемся дней пять-шесть, и баста!
— Не знаю… посмотрю. Ну, так, что
ли? Мы отправимся?
— Поверите
ли, — продолжал он, — что, когда при мне Евгений Васильевич в первый раз сказал, что не должно признавать авторитетов, я почувствовал такой восторг… словно прозрел! «Вот, — подумал я, — наконец нашел я человека!» Кстати, Евгений Васильевич, вам непременно надобно сходить к одной здешней даме, которая совершенно в состоянии понять вас и для которой ваше посещение будет настоящим праздником; вы, я думаю, слыхали о ней?
— Кукшина, Eudoxie, Евдоксия Кукшина. Это замечательная натура, émancipée [Свободная от предрассудков (фр.).] в истинном смысле слова, передовая женщина. Знаете
ли что? Пойдемте теперь к ней все вместе. Она живет отсюда в двух шагах. Мы там позавтракаем. Ведь вы еще не завтракали?
Небольшой дворянский домик на московский манер, в котором проживала Авдотья Никитишна (или Евдоксия) Кукшина, находился в одной из нововыгоревших улиц города ***; известно, что наши губернские города горят через каждые пять лет. У дверей, над криво прибитою визитною карточкой, виднелась ручка колокольчика, и в передней встретила пришедших какая-то не то служанка, не то компаньонка в чепце — явные признаки прогрессивных стремлений хозяйки. Ситников спросил, дома
ли Авдотья Никитишна?
— Сибарит, — промолвила Евдоксия и засмеялась. (Когда она смеялась, ее верхняя десна обнажалась над зубами.) — Не правда
ли, Базаров, он сибарит?
— Да, я. И знаете
ли, с какою целью? Куклы делать, головки, чтобы не ломались. Я ведь тоже практическая. Но все еще не готово. Нужно еще Либиха почитать. Кстати, читали вы статью Кислякова о женском труде в «Московских ведомостях»? Прочтите, пожалуйста. Ведь вас интересует женский вопрос? И школы тоже? Чем ваш приятель занимается? Как его зовут?
Я окончательно поселилась здесь; несносный город, не правда
ли?
Ситников опять засмеялся с визгом. Он очень стыдился своего происхождения и не знал, чувствовать
ли ему себя польщенным или обиженным от неожиданного тыканья Базарова.
Дождавшись конца кадрили, Ситников подвел Аркадия к Одинцовой; но едва
ли он был коротко с ней знаком: и сам он запутался в речах своих, и она глядела на него с некоторым изумлением. Однако лицо ее приняло радушное выражение, когда она услышала фамилию Аркадия. Она спросила его, не сын ли он Николая Петровича?
— А вы его заметили? — спросил в свою очередь Аркадий. — Не правда
ли, какое у него славное лицо? Это некто Базаров, мой приятель.
— Воображаю, как ты меня расписывал! Впрочем, ты поступил хорошо. Вези меня. Кто бы она ни была — просто
ли губернская львица или «эманципе» вроде Кукшиной, только у ней такие плечи, каких я не видывал давно.
— Экой ты чудак! — небрежно перебил Базаров. — Разве ты не знаешь, что на нашем наречии и для нашего брата «неладно» значит «ладно»? Пожива есть, значит. Не сам
ли ты сегодня говорил, что она странно вышла замуж, хотя, по мнению моему, выйти за богатого старика — дело ничуть не странное, а, напротив, благоразумное. Я городским толкам не верю; но люблю думать, как говорит наш образованный губернатор, что они справедливы.
Он не мог решить, достигал
ли Базаров своей цели.
— Анна Сергеевна просят вас пожаловать к ним через полчаса, — доложил дворецкий. — Не будет
ли от вас покамест каких приказаний?
Уж не фраки
ли нам надеть?
— По крайней мере, при правильном устройстве общества совершенно будет равно, глуп
ли человек или умен, зол или добр.
Анна Сергеевна, которая разговаривала все больше с Базаровым, спросила его — не хочет
ли он сразиться с ними по-старомодному в преферанс.
Кончив сонату, Катя, не принимая рук с клавишей, спросила: «Довольно?» Аркадии объявил, что не смеет утруждать ее более, и заговорил с ней о Моцарте; спросил ее — сама
ли она выбрала эту сонату или кто ей ее отрекомендовал?
Цитаты из русской классики со словом «ли»
Предложения со словом «ли»
- Ведь если вы попадёте на какое-либо неизвестное вам предприятие, то вряд ли сможете увидеть какие-то процессы.
- Иногда сыщиков неожиданно проверяли, смогут ли узнать революционера, если он появится при царском проезде.
- Целых семь дней и семь ночей кругом постоянно черным-черно, и все начинают гадать, увидят ли ещё когда-нибудь свет.
- (все предложения)
Значение слова «ли»
ЛИ и ЛЬ, частица и союз. I. частица (ставится всегда после того слова, к которому относится). 1. вопросительная. Употребляется в прямом вопросе для усиления вопросительного характера предложения. (Малый академический словарь, МАС)
Все значения слова ЛИ
Афоризмы русских писателей со словом «ли»
- На зеленом, цветущем берегу, над темной глубью реки ли озера… улягутся мнимые страсти, утихнут мнимые бури, рассыплются в прах самолюбивые мечты, разлетятся несбыточные надежды! Природа вступит в вечные права свои, вы услышите ее голос, заглушенный на время суетнёй, хлопотнёй, смехом, криком и всею пошлостью человеческой речи!
- Любой народ, велик ли он числом, мал ли, всегда талантлив, и о величии его мы в конечном счете судим по духовным ценностям, накопленным им на протяжении веков.
- Уважающий свое призвание литератор должен писать так, чтобы он мог уважать каждую строчку, выходящую из-под его пера, подпишет ли он ее или нет, получит ли он за нее большой гонорар или маленький.
- (все афоризмы русских писателей)
Дополнительно