— Вер-рно! Верно, что говорит Василий Константиныч! Так как мы
поставляем ящики в Охотный, так уж нагляделись… И какие там миазмы, и сколько их… Заглянешь в бочку — так они кишмя кишат… Так и ползают по солонине… А уж насчет бахтериев — так и шмыгают под ногами, рыжие, хвостатые… Так и шмыгают, того и гляди наступишь.
Соседи сделали для урода ящик — вроде гроба, набили его оческами шерсти и тряпьем, посадили уродца в это мягкое, жаркое гнездо и
поставили ящик в тени на дворе, тайно надеясь, что под солнцем, которое ежедневно делает чудеса, совершится и еще одно чудо.
Неточные совпадения
На пристани вдруг вижу в руках у Фаддеева и у прочих наших слуг те самые
ящики с конфектами, которые
ставили перед нами.
Часов в 11 приехали баниосы с подарками от полномочных адмиралу. Все вещи помещались в простых деревянных
ящиках, а
ящики поставлены были на деревянных же подставках, похожих на носилки с ножками. Эти подставки заменяют отчасти наши столы. Японцам кажется неуважительно
поставить подарок на пол. На каждом
ящике положены были свертки бумаги, опять с символом «прилипчивости».
Потом мы, подражая тоже их обычаю,
поставили перед каждым полномочным по
ящику конфект.
Фаддеев встретил меня с раковинами. «Отстанешь ли ты от меня с этою дрянью?» — сказал я, отталкивая
ящик с раковинами, который он, как блюдо с устрицами,
поставил передо мной. «Извольте посмотреть, какие есть хорошие», — говорил он, выбирая из
ящика то рогатую, то красную, то синюю с пятнами. «Вот эта, вот эта; а эта какая славная!» И он сунул мне к носу. От нее запахло падалью. «Что это такое?» — «Это я чистил: улитки были, — сказал он, — да, видно, прокисли». — «Вон, вон! неси к Гошкевичу!»
Когда отдали письмо Бабa-Городзаймону, он развязал деревянный лакированный
ящик,
поставил его на стол, принял письмо обеими руками, поднял его, в знак уважения, ко лбу, положил в
ящик и завязал опять в платок, украшенный губернаторскими гербами.