— То ись, значит, я… — заговорил мужик сиповатым голосом и с запинкой, встряхивая свои жидкие волосы и перебирая пальцами околыш шапки, которую
держал в руках. — Я, значит…
Неточные совпадения
Один, довольно плотный и высокого роста,
в темно-зеленом опрятном кафтане и пуховом картузе, удил рыбу; другой — худенький и маленький,
в мухояровом заплатанном сюртучке и без шапки,
держал на коленях горшок с червями и изредка проводил
рукой по седой своей головке, как бы желая предохранить ее от солнца.
Староста отвел из приличия лошадь
в сторону, взвалился на нее и пустился рысцой за коляской,
держа шапку
в руке.
На другой день пошел я смотреть лошадей по дворам и начал с известного барышника Ситникова. Через калитку вошел я на двор, посыпанный песочком. Перед настежь раскрытою дверью конюшни стоял сам хозяин, человек уже не молодой, высокий и толстый,
в заячьем тулупчике, с поднятым и подвернутым воротником. Увидав меня, он медленно двинулся ко мне навстречу,
подержал обеими
руками шапку над головой и нараспев произнес...
Он их всегда
держит пять или шесть у себя
в комнате; ранней весной по целым дням сидит возле клеток, выжидая первого «рокотанья», и, дождавшись, закроет лицо
руками и застонет: «Ох, жалко, жалко!» — и
в три ручья зарыдает.
Я вошел
в пустую маленькую переднюю и сквозь растворенную дверь увидал самого Чертопханова.
В засаленном бухарском халате, широких шароварах и красной ермолке сидел он на стуле, одной
рукой стискивал он молодому пуделю морду, а
в другой
держал кусок хлеба над самым его носом.
— Давно вы пожаловали
в наши палестины? — заговорил Недопюскин мягким голосом, осторожно кашлянув
в руку и, для приличья,
подержав пальцы перед губами.
В одной
руке Чертопханов
держал охотничью нагайку,
в другой — шитый кисет, последний подарок Маши.
— Да чего их жалеть-то? Ведь ворам
в руки они бы не попались. А
в уме я их все время
держал, и теперь
держу… во как. — Филофей помолчал. — Может… из-за них Господь Бог нас с тобой помиловал.
Держа в руке чубук и прихлебывая из чашки, он был очень хорош для живописца, не любящего страх господ прилизанных и завитых, подобно цирюльным вывескам, или выстриженных под гребенку.
А вот тот, душечка, что, вы видите,
держит в руках секиру и другие инструменты, — то палач, и он будет казнить.
Один из ямщиков — сгорбленный старик в зимней шапке и армяке —
держал в руке дышло коляски, потрогивал его и глубокомысленно посматривал на ход; другой — видный молодой парень, в одной белой рубахе с красными кумачовыми ластовицами, в черной поярковой шляпе черепеником, которую он, почесывая свои белокурые кудри, сбивал то на одно, то на другое ухо, — положил свой армяк на козлы, закинул туда же вожжи и, постегивая плетеным кнутиком, посматривал то на свои сапоги, то на кучеров, которые мазали бричку.
Неточные совпадения
Мне памятно другое время! //
В заветных иногда мечтах //
Держу я счастливое стремя… // И ножку чувствую
в руках; // Опять кипит воображенье, // Опять ее прикосновенье // Зажгло
в увядшем сердце кровь, // Опять тоска, опять любовь!.. // Но полно прославлять надменных // Болтливой лирою своей; // Они не стоят ни страстей, // Ни песен, ими вдохновенных: // Слова и взор волшебниц сих // Обманчивы… как ножки их.
Своим пенатам возвращенный, // Владимир Ленский посетил // Соседа памятник смиренный, // И вздох он пеплу посвятил; // И долго сердцу грустно было. // «Poor Yorick! — молвил он уныло, — // Он на
руках меня
держал. // Как часто
в детстве я играл // Его Очаковской медалью! // Он Ольгу прочил за меня, // Он говорил: дождусь ли дня?..» // И, полный искренней печалью, // Владимир тут же начертал // Ему надгробный мадригал.
Услыша эти слова, Чичиков, чтобы не сделать дворовых людей свидетелями соблазнительной сцены и вместе с тем чувствуя, что
держать Ноздрева было бесполезно, выпустил его
руки.
В это самое время вошел Порфирий и с ним Павлушка, парень дюжий, с которым иметь дело было совсем невыгодно.
Губернатор, который
в это время стоял возле дам и
держал в одной
руке конфектный билет, а
в другой болонку, увидя его, бросил на пол и билет и болонку, — только завизжала собачонка; словом, распространил он радость и веселье необыкновенное.
— Обедали? — закричал барин, подходя с пойманною рыбою на берег,
держа одну
руку над глазами козырьком
в защиту от солнца, другую же пониже — на манер Венеры Медицейской, выходящей из бани.