А то прослышит, что где-нибудь охота проявилась — в
отъезжее поле богатый барин собрался, — он сейчас туда — и гарцует в отдалении, на горизонте, удивляя всех зрителей красотой и быстротою своего коня и близко никого к себе не подпуская.
Воротившись оттуда, к удивлению знакомых и незнакомых, вдруг охладел он к прежним забавам, возненавидел пиры и ночные бражничанья, музыку и
отъезжие поля — все, без чего в прежнее время дня не мог одного прожить.
Октябрь уж наступил — уж роща отряхает // Последние листы с нагих своих ветвей; // Дохнул осенний хлад — дорога промерзает. // Журча еще бежит за мельницу ручей, // Но пруд уже застыл; сосед мой поспешает // В
отъезжие поля с охотою своей, // И страждут озими от бешеной забавы, // И будит лай собак уснувшие дубравы.
Неточные совпадения
Он поскорей звонит. Вбегает // К нему слуга француз Гильо, // Халат и туфли предлагает // И подает ему белье. // Спешит Онегин одеваться, // Слуге велит приготовляться // С ним вместе ехать и с собой // Взять также ящик боевой. // Готовы санки беговые. // Он сел, на мельницу летит. // Примчались. Он слуге велит // Лепажа стволы роковые // Нести за ним, а лошадям //
Отъехать в
поле к двум дубкам.
Насилу выбрались рыбники. Но не
отъехали они от трактира и ста саженей, как вдруг смолкли шумные клики. Тихо… Ярманка дремлет. Лишь издали от тех мест, где театры, трактиры и разные увеселительные заведения, доносятся глухие, нестройные звуки, или вдруг откуда-нибудь раздастся пьяный крик: «Караул!..» А ближе только и слышнá тоскливая песня караульщика-татарина, что всю ночь напролет просидит на
полу галереи возле хозяйской лавки с длинной дубиной в руках.
Скосив глаза направо, Ромашов увидел далеко на самом краю
поля небольшую тесную кучку маленьких всадников, которые в легких клубах желтоватой пыли быстро приближались к строю. Шульгович со строгим и вдохновенным лицом
отъехал от середины полка на расстояние, по крайней мере вчетверо больше, чем требовалось. Щеголяя тяжелой красотой приемов, подняв кверху свою серебряную бороду, оглядывая черную неподвижную массу полка грозным, радостным и отчаянным взглядом, он затянул голосом, покатившимся по всему
полю: