Неточные совпадения
Федор Михеич тотчас поднялся со стула, достал с окна дрянненькую скрипку, взял смычок —
не за конец, как следует, а за середину, прислонил скрипку к груди,
закрыл глаза и пустился в пляс, напевая песенку и пиликая по струнам.
Услышав выстрел, Касьян быстро
закрыл глаза рукой и
не шевельнулся, пока я
не зарядил ружья и
не поднял коростеля.
Я с удивлением поглядел на Касьяна. Слова его лились свободно; он
не искал их, он говорил с тихим одушевлением и кроткою важностию, изредка
закрывая глаза.
Проснувшись, я хотел было подняться, да лень одолела; я
закрыл глаза, но
не заснул опять. За перегородкой в конторе тихонько разговаривали. Я невольно стал прислушиваться.
Я смотрел на эти вещи и,
не закрывая глаз, видел ее перед собой то в ту минуту, когда она, выбирая из двух кавалеров, угадывает мое качество, и слышу ее милый голос, когда она говорит: «Гордость? да?» — и радостно подает мне руку, или когда за ужином пригубливает бокал шампанского и исподлобья смотрит на меня ласкающими глазами.
Длинным и скучным показался переезд из Москвы в Кунцово; все спали или молчали, прижавшись головами к разным уголкам; одна Елена
не закрывала глаз: она не сводила их с темной фигуры Инсарова.
Но, утомлённая волнением, она скоро заснула не раздеваясь, а Пётр открыл окно, осмотрел сад, — там никого не было, вздыхал предрассветный ветер, деревья встряхивали душистую тьму. Оставив окно открытым, он лёг рядом с женою,
не закрывая глаз, думая о случившемся. Хорошо бы жить вдвоём с Натальей на маленьком хуторе…
Неточные совпадения
Улинька опустилась в кресла и
закрыла рукой прекрасные
глаза; как бы досадуя на то, что
не с кем было поделиться негодованием, сказала она:
Она подняла на меня томный, глубокий взор и покачала головой; ее губы хотели проговорить что-то — и
не могли;
глаза наполнились слезами; она опустилась в кресла и
закрыла лицо руками.
Приезд его на Кавказ — также следствие его романтического фанатизма: я уверен, что накануне отъезда из отцовской деревни он говорил с мрачным видом какой-нибудь хорошенькой соседке, что он едет
не так, просто, служить, но что ищет смерти, потому что… тут, он, верно,
закрыл глаза рукою и продолжал так: «Нет, вы (или ты) этого
не должны знать! Ваша чистая душа содрогнется! Да и к чему? Что я для вас! Поймете ли вы меня?..» — и так далее.
Он сделался бледен как полотно, схватил стакан, налил и подал ей. Я
закрыл глаза руками и стал читать молитву,
не помню какую… Да, батюшка, видал я много, как люди умирают в гошпиталях и на поле сражения, только это все
не то, совсем
не то!.. Еще, признаться, меня вот что печалит: она перед смертью ни разу
не вспомнила обо мне; а кажется, я ее любил как отец… ну, да Бог ее простит!.. И вправду молвить: что ж я такое, чтоб обо мне вспоминать перед смертью?
Мы пришли к провалу; дамы оставили своих кавалеров, но она
не покидала руки моей. Остроты здешних денди ее
не смешили; крутизна обрыва, у которого она стояла, ее
не пугала, тогда как другие барышни пищали и
закрывали глаза.