— Коли ты царь, — промолвил с расстановкой Чертопханов (а он отроду и не слыхивал о Шекспире), — подай мне все твое царство за моего коня — так и того не возьму! — Сказал, захохотал, поднял Малек-Аделя на дыбы, повернул им
на воздухе, на одних задних ногах, словно волчком или юлою — и марш-марш! Так и засверкал по жнивью. А охотник (князь, говорят, был богатейший) шапку оземь — да как грянется лицом в шапку! С полчаса так пролежал.
Неточные совпадения
Мельник побежал будить жену, предложил мне сам, наконец, переночевать в избе; но я предпочел остаться
на открытом
воздухе.
— Примеч. авт.] зашевелилась, поднялась, окунулась, походила, походила этак по
воздуху, словно кто ею полоскал, да и опять
на место.
Все мальчики засмеялись и опять приумолкли
на мгновенье, как это часто случается с людьми, разговаривающими
на открытом
воздухе.
Волшебными подводными островами тихо наплывают и тихо проходят белые круглые облака — и вот вдруг все это море, этот лучезарный
воздух, эти ветки и листья, облитые солнцем, — все заструится, задрожит беглым блеском, и поднимется свежее, трепещущее лепетанье, похожее
на бесконечный мелкий плеск внезапно набежавшей зыби.
Прохваченная морозом земля потела и оттаивала
на солнце; его косые, румяные лучи били вскользь по бледной траве; в
воздухе чудился легкий треск; ясно и внятно звучали в саду голоса работников.
Солнце разгоралось
на небе, как бы свирепея; парило и пекло неотступно;
воздух был весь пропитан душной пылью.
Заря уже давно погасла, и едва белел
на небосклоне ее последний след; но в недавно раскаленном
воздухе сквозь ночную свежесть чувствовалась еще теплота, и грудь все еще жаждала холодного дуновенья.
Он умолкал
на несколько мгновений и снова принимался кричать. Голос его звонко разносился в неподвижном, чутко дремлющем
воздухе. Тридцать раз по крайней мере прокричал он имя Антропки, как вдруг с противоположного конца поляны, словно с другого света, принесся едва слышный ответ...
Высоко надо мной, тяжело и резко рассекая
воздух крылами, пролетел осторожный ворон, повернул голову, посмотрел
на меня сбоку, взмыл и, отрывисто каркая, скрылся за лесом; большое стадо голубей резво пронеслось с гумна и, внезапно закружившись столбом, хлопотливо расселось по полю — признак осени!
Иногда ей самой, видимо, хотелось встрепенуться, взыграть
на свежем
воздухе,
на солнце да
на воле; попробует — и свернется в клубочек.
Ах, как было хорошо
на вольном
воздухе, под ясным небом, где трепетали жаворонки, откуда сыпался серебряный бисер их звонких голосов!
Река вьется верст
на десять, тускло синея сквозь туман; за ней водянисто-зеленые луга; за лугами пологие холмы; вдали чибисы с криком вьются над болотом; сквозь влажный блеск, разлитый в
воздухе, ясно выступает даль… не то, что летом.
Вы раздвинете мокрый куст — вас так и обдаст накопившимся теплым запахом ночи;
воздух весь напоен свежей горечью полыни, медом гречихи и «кашки»; вдали стеной стоит дубовый лес и блестит и алеет
на солнце; еще свежо, но уже чувствуется близость жары.
Но вот наступает вечер. Заря запылала пожаром и обхватила полнеба. Солнце садится.
Воздух вблизи как-то особенно прозрачен, словно стеклянный; вдали ложится мягкий пар, теплый
на вид; вместе с росой падает алый блеск
на поляны, еще недавно облитые потоками жидкого золота; от деревьев, от кустов, от высоких стогов сена побежали длинные тени… Солнце село; звезда зажглась и дрожит в огнистом море заката…
Вы едете по зеленой, испещренной тенями дорожке; большие желтые мухи неподвижно висят в золотистом
воздухе и вдруг отлетают; мошки вьются столбом, светлея в тени, темнея
на солнце; птицы мирно поют.
А осенний, ясный, немножко холодный, утром морозный день, когда береза, словно сказочное дерево, вся золотая, красиво рисуется
на бледно-голубом небе, когда низкое солнце уж не греет, но блестит ярче летнего, небольшая осиновая роща вся сверкает насквозь, словно ей весело и легко стоять голой, изморозь еще белеет
на дне долин, а свежий ветер тихонько шевелит и гонит упавшие покоробленные листья, — когда по реке радостно мчатся синие волны, мерно вздымая рассеянных гусей и уток; вдали мельница стучит, полузакрытая вербами, и, пестрея в светлом
воздухе, голуби быстро кружатся над ней…
А в зимний день ходить по высоким сугробам за зайцами, дышать морозным острым
воздухом, невольно щуриться от ослепительного мелкого сверканья мягкого снега, любоваться зеленым цветом неба над красноватым лесом!.. А первые весенние дни, когда кругом все блестит и обрушается, сквозь тяжелый пар талого снега уже пахнет согретой землей,
на проталинках, под косым лучом солнца, доверчиво поют жаворонки, и, с веселым шумом и ревом, из оврага в овраг клубятся потоки…
Неточные совпадения
Они хранили в жизни мирной // Привычки милой старины; // У них
на масленице жирной // Водились русские блины; // Два раза в год они говели; // Любили круглые качели, // Подблюдны песни, хоровод; // В день Троицын, когда народ // Зевая слушает молебен, // Умильно
на пучок зари // Они роняли слезки три; // Им квас как
воздух был потребен, // И за столом у них гостям // Носили блюда по чинам.
Дни мчались: в
воздухе нагретом // Уж разрешалася зима; // И он не сделался поэтом, // Не умер, не сошел с ума. // Весна живит его: впервые // Свои покои запертые, // Где зимовал он, как сурок, // Двойные окна, камелек // Он ясным утром оставляет, // Несется вдоль Невы в санях. //
На синих, иссеченных льдах // Играет солнце; грязно тает //
На улицах разрытый снег. // Куда по нем свой быстрый бег
Он думал о благополучии дружеской жизни, о том, как бы хорошо было жить с другом
на берегу какой-нибудь реки, потом чрез эту реку начал строиться у него мост, потом огромнейший дом с таким высоким бельведером, [Бельведер — буквально: прекрасный вид; здесь: башня
на здании.] что можно оттуда видеть даже Москву и там пить вечером чай
на открытом
воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах.
Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски
воздух; летит мимо все, что ни есть
на земли, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства.
Чичиков, будучи человек весьма щекотливый и даже в некоторых случаях привередливый, потянувши к себе
воздух на свежий нос поутру, только помарщивался да встряхивал головою, приговаривая: «Ты, брат, черт тебя знает, потеешь, что ли.