Неточные совпадения
Бывало, утром занимаешься в классной комнате и
знаешь, что необходимо работать, потому что завтра экзамен из
предмета, в котором целых два вопроса еще
не прочитаны мной, но вдруг пахнёт из окна каким-нибудь весенним духом, — покажется, будто что-то крайне нужно сейчас вспомнить, руки сами собою опускают книгу, ноги сами собой начинают двигаться и ходить взад и вперед, а в голове, как будто кто-нибудь пожал пружинку и пустил в ход машину, в голове так легко и естественно и с такою быстротою начинают пробегать разные пестрые, веселые мечты, что только успеваешь замечать блеск их.
Например, у нас с Володей установились, бог
знает как, следующие слова с соответствующими понятиями: изюм означало тщеславное желание показать, что у меня есть деньги, шишка (причем надо было соединить пальцы и сделать особенное ударение на оба ш) означало что-то свежее, здоровое, изящное, но
не щегольское; существительное, употребленное во множественном числе, означало несправедливое пристрастие к этому
предмету и т. д., и т. д.
Я боялся больше всего на свете того, чтобы мой
предмет не узнал о моей любви и даже о моем существовании.
В таком расположении духа я приехал на первый экзамен. Я сел на лавку в той стороне, где сидели князья, графы и бароны, стал разговаривать с ними по-французски, и (как ни странно сказать) мне и мысль
не приходила о том, что сейчас надо будет отвечать из
предмета, который я вовсе
не знаю. Я хладнокровно смотрел на тех, которые подходили экзаменоваться, и даже позволял себе подтрунивать над некоторыми.
Неточные совпадения
Он приписывал это своему достоинству,
не зная того, что Метров, переговорив со всеми своими близкими, особенно охотно говорил об этом
предмете с каждым новым человеком, да и вообще охотно говорил со всеми о занимавшем его, неясном еще ему самому
предмете.
Не было
предмета, которого бы он
не знал; но он показывал свое знание, только когда бывал вынуждаем к этому.
Теперь я должен несколько объяснить причины, побудившие меня предать публике сердечные тайны человека, которого я никогда
не знал. Добро бы я был еще его другом: коварная нескромность истинного друга понятна каждому; но я видел его только раз в моей жизни на большой дороге; следовательно,
не могу питать к нему той неизъяснимой ненависти, которая, таясь под личиною дружбы, ожидает только смерти или несчастия любимого
предмета, чтоб разразиться над его головою градом упреков, советов, насмешек и сожалений.
Конечно, я
знаю, что ты занят иногда учеными
предметами, любишь читать (уж почему Ноздрев заключил, что герой наш занимается учеными
предметами и любит почитать, этого, признаемся, мы никак
не можем сказать, а Чичиков и того менее).
Они говорили, что все это вздор, что похищенье губернаторской дочки более дело гусарское, нежели гражданское, что Чичиков
не сделает этого, что бабы врут, что баба что мешок: что положат, то несет, что главный
предмет, на который нужно обратить внимание, есть мертвые души, которые, впрочем, черт его
знает, что значат, но в них заключено, однако ж, весьма скверное, нехорошее.